Произведения посвященные отечественной войне 1812 года

Сторублевская Мария 9 А класс

В работе рассматриваются призведения Державина,Жуковского, Крылова и других писателй 19 века, В которых звучит главная тема отечественной война 1812 г.

Скачать:

Предварительный просмотр:

ПЛАН:

Введение.

1 .Произведения о войне 1812 года

а.) Произведения Державина

б.) Произведения Жуковского

в.) Басни Крылова

  1. Пушкин об Отечественной войне 1812 года

I г

  1. «Письма русского офицера» Ф.Глинки
  1. Отечественная война в произведениях исторической беллетристики. Три старинных русских романа

а.) Произведения P.M. Зотова

б.) Произведения Н.И.Греча

в.) Произведения Н.М. Коншина.

  1. «Горячие следи» 1812 года

Заключение. I

ВВЕДЕНИЕ.

В первый день нового, 1813 года русская армия, преследуя остатки разгромленных наполеоновских войск, перешла Неман. Театр военных действий переносился на территорию Западной Европы. Впереди был ещё долгий и трудный путь, тяжелые, кровопролитные сражения, но самый главный, самый драматический период борьбы с наполеоновским нашествием был завершён: здесь, на берегах Немана, для России закончилась

Отечественная война.

Современник и участник войны Сергей Глинка писал

четверть века спустя, что г «события исполинские, прикосновенные к судьбе рода человеческого, зреют, созревают и дозревают в постепенном и непреодолимом ходе времени. Мы, - утверждал он, - может быть, видели первые буквы того, что вполне прочитает потомство на скрижалях истории человечества».

Величайшему в новой истории России событию - Отечественной войне 1812 года - тоже предстояло «дозревать в постепенном и непреодолимом ходе времени» J Ибо истинные масштабы того, что совершил русский народ в 1812 году, были столь огромны, а влияние, которое народная война оказала на исторические судьбы России,ртоль. .исключительно, что все это и в самом деле могло быть в достаточно полной мере осознано лишь со временем, через годц И годы.

1. ПРОИЗВЕДЕНИЯ О ВОЙНЕ 1812 ГОДА.

В русскую литературу Отечественная война вошла сразу же, можно сказать, в самые первые её дни. И первое слово о ней, как, вероятно, и всегда в такие времена, прозвучало в поэзии. Это было слово-воззвание, набатный зов к оружию, к священной борьбе с жестоким и коварным «всеевропейским завоевателем».

Раздался звук трубы военной, Гремит сквозь бури бранный гром: Народ, развратом воспоённый, Грозит нам рабством и ярмом!

Теперь ли нам дремать в покое,

России верные сыны?!

Пойдём, сомкнёмся в ратном строе,

пойдём - и в ужасах войны

друзьям, Отечеству, народу

отыщем славу и свободу

иль все падём в родных полях!

(Ф.Глинка «Военная песнь, написанная во время приближения

неприятеля к Смоленской губернии»)

В стихах звучит гордое презрение к врагу, непоколебимая вера в грядущую победу.. Залог этой победы - вся история России, великие деяния её «героев славы».

Современному читателю, вероятно, покажется несколько странным тот ф^кт, что, широко откликаясь на события, связанные с войной, поэзия той поры н даёт, как правило, конкретного изображения самих событий. Воспевая, например, Бородинское или Смоленское сражения, поэт не стремится запечатлеть какие-либо характерные их подробности, а создаёт картину некоего условно-обобщённого сражения, картину, в которой от реальной исторической действительности остаются лишь имена; все же остальное - аллегория, символы, мифические уподобления и т.п.

Кутузов, как Алкид, Аитея нового в объятиях теснит. От оживляющей земли подняв высоко, Собраться с силами ему он не даёт,

Стенающий гигант, вращая мутно око, Ещё упершеюсь пятою в землю бьёт.

Чудовища, ему послушны, - Подобье басенных кентавров и химер - Лежат вокруг его изъявлены, бездушны. Там Витгенштейн троим драконам жало стёр.

(А. Востоков «К россиянам»)

Это был стиль эпохи, монументальный стиль русского классицизма, уходящий своими корнями в XVIII в., в поэзию Ломоносова и Державина. В поэзии 1810-х г.г. он начинал уже клониться к закату, теснимый новыми литературными течениями - сентиментализмом и предромантизмом, - но время Отечественной войны было его временем, его «звёздным часом», ибо именно его мощная и Многокрасочная палитра оказались созвучны тому высокому гражданско-патриотическому пафосу,

который отличал русскую поэзию 1812 года.

Огромное многофигурное полотно, посвященное Отечественной войне, создает в это время сам Г.Р. Державин. Это «Гимн лироэпический на прогнание французов из Отечества».

Эпопею борьбы с наполеоновским нашествием Державин изображал как гигантское, поистине вселенское противоборство мировых сил, масштабы которого можно представить, лишь обратившись к исполинским фантасмагориям Апокалипсиса.

Ф г J? *.

Открылась тайн священных дверь! Исшел из бездн огромный зверь, Дракон иль демон змеевидный; Вокруг его ехидны С6 крыльев смерть И смрад трясут, Рогами солнце прут; Отенетяя вкруг всю ошибами сферу, Горящу в воздух прыщут серу, Холмят дыханьем понт, Льют ночь на горизонт \ И движут ось всея вселены. Бегут все смертные смятенны От князя тьмы и крокодильных стад. Они ревут, свистят и всех страшат...

Перед «князем тьмы» все трепещет, все падает ниц. И лишь один - один во всей вселенной - обнажает меч. Это вождь

Севера, «смиренный, кроткий, но челоперунный» агнец, который и поражает «змея-исполина».

На этот необъятный вселенский фон поэт и проецирует конкретные исторические события, прозревая в них некий высший смысл, некое предуказание мировой Судьбы. Аллегории, олицетворения, библейские и мифологические ассоциации, к которым он обращается на протяжении всего повествования, порой излишне сложны, неясны, а то и просто темны; громоздок, тяжел, архаичен и стиль его описаний и рассуждений. Но это - Державин. Мощь творческого воображения, блеск и смелость живописи, величественная красота старинного поэтического «глагола» - все это делает его «Гимн» одним из самых значительных произведений того времени.

Выдающимся явлением русской поэзии стало стихотворение «Певец во стане русских воинов» (1812г.)] Написанное и в самом деле «во стане русских воинов » в канун знаменитого Тарутинского сражения, оно сразу же приобрело огромную популярность и быстро распространилось в армии во множестве списков. Автор «Походных записок русского офицера» И.И. Лажечников (впоследствии один из виднейших русских писателей) вспоминал: «Часто в обществе военном читаем и разбираем «Певца во стане русских воинов». Почти все наши выучили уже сию пиесу наизусть. Верю и чувствую теперь, каким образом Тиртей водил к победе строи греков. Какая поэзия! Какой неизъяснимый дар увлекать за собою душу воинов! »

Необычайный успех стихотворения объяснялся, конечно, прежде всего его высокими художественными достоинствами. Яркая образность, легкий, изящный стих, свежесть и живая непосредственность лирического чувства - все это заметно выделяло «пэан» ([ритуальный военный гимн древних греков) Жуковского на фоне поэзии классицизма того времени. О н впервые помог ощутить свое время, свой мир, свою войну - ту самую, которая была их грозным сегодняшним днем.

Жанр в котором написано стихотворение тоже заключал в себе определенную долю литературной условности и в иных своих образцах, в том числе и у самого Жуковского («Песня барда над гробом славян-победителей», 1806г.), явно смыкался с тиадиционными одами классицистов. Однако в полной мере используя художественные возможности этого жанра, Жуковский очень мало считается с налагаемыми им ограничениями, смело идет к действительности, к «натуре», что позволяет создать целую галерею выразительных исторических портретов, не менее богатую и колоритную, чем знаменитая Военная галерея Зимнего дворца.

В «галерее» Жуковского представлены все наиболее известные герои двенадцатого года, причем каждый из них входит сюда с какой-нибудь характерной, присущей Толькой ему чертой, по которой он особенно запомнился современникам. Таковы портреты Кутузова, Багратиона, Раевского, Платова, Давыдова, Воронцова и других. Представляя их в полном блеске их боевой славы, в ореоле подвига, с которым каждый из них вошел в историю, поэт видит в них не просто блестящий «сонм героев», отчужденных и замкнутых в своем величии, а прежде всего живых людей, своих современников, членов единого братства, в котором слава «вождей победы» неотделима от славы каждого воина. Это братство, эта семья живет единой жизнью, ведя общий счет и громким победам, и горьким утратам. Поэтому как глубоко свое, личное читатель переживает и тот восторг, с которым поэт описывает Кутузова перед полками, и то восхищение, которое звучит стихах о «Вихорь-атамане» Платове, и ту глубокую печаль, с которой певец ведет рассказ о гибели Кутайсова, Кульнева и Багратиона.

Впоследствии Жуковский еще не однажды обратится к теме Отечественной войны. Уже вскоре появятся стихотворения «Вождю победителей» и «Певец в Кремле», а двадцать семь лет спустя, в дни торжеств, посвященных открытию памятника героям Бородина, он напишет «Бородинскую Годовщину». Но «Певец во стане русских воинов» (1812г.) навсегда останется в его творчестве не только самым первым, но и самым блистательным, самым вдохновенным его произведением о героях великой народной эпопеи. «Никто более тебя, - напишет ему Пушкин,- не иУел права сказать: глас лиры, глас народа».

На фоне высокоторжественной патетической лирики 1812 года весьма резко выделяются басни И.А. Крылова.

Басня, как известно, не принадлежит к жанрам, в которых решаются большие исторические проблемы. Басни Крылова - удивительное исключение. Никто из русских писателей того времени не подошел к пониманию подлинно народного характера Отечественной войны так близко, никто не выразил именно народного взгляда на нее с такой отчетливостью, с какой это сделал великий русский баснописец.

Один из красноречивейших примеров в этом отношении - знаменитая басня «Ворона и Курица», где Крылов проводит мысль, отчетливо противостоящую точке зрения правительственных кругов, - мысль об исторической правоте

М.И. Кутузова, который, «противу дерзости искусством воружась, вандалам новым сеть поставил и на погибель им Москву оставил». Народ верит Кутузову, понимает его в этом нелегком, но единственно верном решении - оставить древнюю русскую столицу.

Тогда все жители, и малый, и большой, Часа не тратя, собралися И вон из стен московских поднялися, Как из улья пчелиный рой.

И вот какой знаменательный разговор происходит между двумя обитательницами московских подворий - Вороной и Курицей: " ! 1

Ворона с кровли тут на всю тревогу

Спокойно, чистя нос глядит. «А ты что ж, кумушка, в дорогу? - Ей с возу Курица кричит. - Ведь говорят, что у порогу Наш супостат». - «Мне что до этого за дело? - Вещунья ей в ответ. - Я здесь останусь смело. Вот ваши сестры - как хотят;

А ведь ворон ни жарят, ни варят: Так мне с гостьми не мудрено ужиться, А может быть, еще удастся поживиться Сырком, иль косточкой...»

У г

Разговор и в самом деле знаменательный. Ибо в этом простодушном диалоге двух «простодушных птиц» с предельной, поистине притчивой ясностью обнажается суть одной из сложных и весьма болезненных нравственно-социальных ситуаций того времени, ситуации, в которой проявляется поразительное несовпадение интересов различных слоев русского общества в их отношении к великому общенациональному делу - защите Отечества. В беззаботных речах Вороны - не просто беспечность существа, привыкшего жить «как бог на душу положит». Смысл их гораздо глубже, определеннее, коварнее. За их внешним легкомыслием - лукавый умысел, тайная надежда на дружбу с врагом, с которым нечего делить, - словом, все то, что достаточно определенно появилось в социальной психологии известной части высшего общества того времени.

Тонкая и острая эпиграмма скрыта в басне «Щука и Кот», эпиграмма на адмирала Чичагова, неумелые действия которого позволили Наполеону выскользнуть из окружения на Березине. Басню же «Волк на псарне» хочется назвать эпической - настолько отчетливо и полно выразил в ней Крылов самый «сюжет» народной войны. Однажды, после сражения под Красным, объехав с трофеями всю армию, полководец наш сел на открытом воздухе, посреди приближенных к нему генералов и приближенных офицеров, вынул из кармана рукописную басню И. А. Крылова и прочел ее вслух. При словах: «Ты сер, а я, приятель, сед», произнесенных им с особой выразительностью, он снял фуражку и указал на свои седины. Все присутствующие были восхищены этим зрелищем. ,

Различные «реалии» эпохи прочитываются в подтексте и многих других басен великого русского баснописца, и проницательные современники всегда умели их прочитать.

■I

2. ПУШКИН ОБ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОИНЕ

1812 ГОДА

По окончании Отечественной войны в «военной литературе» наступает некоторое затишье, в общем-то вполне естественное и объяснимое: великая национальная эпопея требовала глубокого осмысления.

В самом изображении войны довольно долго продолжает господствовать прежняя традиция: о войне пишут ее современники, и неудивительно, что они лишь как бы продолжают свою прежнюю, давно определившуюся тему.

Так, например, Ф." Глинка, написавший свою первую военную песню в июле 1812 года у стен Смоленска, после войны создает целую «сюиту», отразившую наиболее значительные события Отечественной войны - битву под Смоленском («Прощальная песнь русского воина»), Бородинское сражение («Песнь сторожевого воина» и др.), пожар Москвы («Песнь русского воина при виде горящей Москвы») и др. Как и вся поэзия той поры, они лишены исторической конкретности - события угадываются лишь по именам действующих в них лиц, да по географическим наименованиям.

Заметным явлением поэзии той поры стала ода Н. Карамзина «Освобождение Европы и слава Александра I » (1814), где он последовательно проводит весьма знаменательную мысль о том, что фигуры, подобные Наполеону, тем более одиозны, что находятся в вопиющем противоречии с духом времени, что

Сей лютый тигр, не человек,

Явился в просвещенный век.

Он явился в то время, когда: "

" * /

Уже гордились мы Наукой, Ума плодом, добра порукой И славились искусством жить; Уже мы знали, что владетель Отцом людей обязан быть, Любить не власть, а добродетель; И что победами славна Лишь справедливая война.

Преступление Наполеона тем тяжелее, что оно направлено против абсолютных завоеваний человечества , на которые не имеет права покушаться никакое самовластье. В этом и заключалась самая суть мысли Карамзина - в предостережении всем царям, в том числе и Александру I, хотя он и представлен здесь как орудие Провидения, просвещенный властитель, способный оградить незыблемые права человека и поэт обязывает царя блюсти эти права.

Обновление темы Отечественной войны, новый ее поворот

начинается с Пушкина.

В юношеских своих стихотворениях Пушкин еще во многом следует традиции, своим знаменитым предшественникам - в особенности Державину, чья тяжелая лира слышится и в «Воспоминаниях в Царском Селе», и в «Наполеон на Эльбе».

Однако уже в стихотворении («Наполеон» (1821год) поэт выходит далеко за пределы традиции как чисто поэтической, так и той, что существовала в осмыслении исторического опыта, связанного с Отечественной войной. Пушкин впервые в русской поэзии поднимается до осмысления ее в контексте реальной истории Европы, в контексте тех грандиозных политических потрясений, начало которым положила Великая французская революция.

Образ Наполеона видится поэту не только в ослепительном блеске былой славы и как «грозный бич вселенной», но как великая и глубоко трагическая фигура, чья трагедия состоит прежде всего в том, что он предал лучшие идеалы человечества, лучшие его надежды, исполнение которых зависело именно от него, гения, рожденного и вознесенного революцией.

Когда на площади мятежной i Во прахе царский труп лежал И день великий, неизбежный - Свободы яркий день вставал,- Тогда в волненье бурь народных Предвидя чудный свой удел, В его надеждах благородных Ты человечество презрел.

И обновленного народа Ты буйность юную смирил, Новорожденная свобода, Вдруг онемев, лишился сил...

Именно в этом видел поэт самое тяжкое и самое роковое преступление Наполеона, преступление, с которого и началось предопределенное и неотвратимое падение узурпатора, поскольку сама победа русского народа над Наполеоном приобретала теперь и совершенно иной масштаб, и совершенно новый исторический смысл, представая не только как победа над завоевателем, но и как победа над тираном, «похитителем свободы».

Поэтому, клеймя тирана, Пушкин воздает ему и хвалу за то,

что

Он русскому народу Высокий жребий указал, Й миру вечную свободу Из мрака ссылки завещал.

i- I *

В словах «высокий жребий» заключался не только тот смысл, что русский народ был главной силой, сокрушившей всеевропейское владычество Наполеона, но и - в особенности - тот, что в ходе титанической борьбы с вражеским нашествием русский народ впервые осознал своё право на социальную свободу. Пять лет спустя об этом заявит Николаю I декабрист А. А. А. Бестужев. «Наполеон вторгся в Россию, и тогда-то русский народ впервые ощутил свою силу, - напишет он в своем письме к царю из Петропавловской крепости, - тогда-то пробудилось во всех сердцах чувство независимости, сперва политической, а в последствии и народной. Вот начало свободомыслия России... Еще война длилась, когда ратники, возвратясь в домы, первые разнесли ропот в классе "народа. «Мы проливали кровь, - говорили они, - а нас опять заставляют потеть на барщине. Мы избавили Родину от тирана, а нас опять тиранят господа»... Тогда-то стали говЬрить военные: «Для того ль освободили мы Европу, чтобы наложить её цепи на себя? Для того ль дали конституции Франции, чтобы не сметь говорить о ней, и купили кровью первенство между народами, чтобы нас унижали дома?» .

Как справедливо заметил Б. В. Тимашевский, «размышления Пушкина о войне 1812 г. Никогда не были ретросперктивными суждениями историка, это всегда - отклики на запросы современности». Особенно характерны в этом отношении произведения Пушкина 1830-х годов: стихотворения «Перед гробницею святой» и «Полководец» и прозаический этюд «Рослеслав».

Стихотворение «Перед гробницею святой» было написано в 1831 г., когда в связи с польским восстанием в Европе стали раздаваться призывы к новому походу на Россию.

Клеветникам России, ее заклятым врагам, замышляющим новый крестовый поход на нее, поэт бросает гордый вызов:

Так высылайте ж нам, витии, Своих озлобленных сынов: Есть место им в полях России, Среди нечуждых им гробов.

В 1835 г. Пушкин пишет стихотворение «Полководец», замечательное не только тем, что в нем воссоздан выразительнейший портрет выдающегося полководца Барклая де Толли, но и тем, что, раскрывая неоценимые услуги Барклая перед Отечеством, печальное величие и драматизм его судьбы, оно, как и все пушкинские произведения об Отечественной войне, резко противостояло официальной точке зрения, которая все содержание великой народной эпопеи сводила лишь к триумфу русского царя.

О вождь несчастливый!.. Суров был жребий твой: Все в жертву ты принес земле тебе чужой. Непроницаемый для взгляда черни дикой, И, в имени твоем звук чуждый не возлюбя, Своими криками преследуя тебя, Народ, таинственно спасаемый тобою, Ругался над твоей священной сединою.

Объясняя эту историческую несправедливость вполне объективными причинами - недостатком народного доверия к иностранцу, - Пушкин тем самым подчеркивал именно решающее значение этого довЬрия в судьбах Отечественной войны. «Один Кутузов мог предложить Бородинское сражение, - писал он, поясняя смысл «Полководца», - один Кутузов мог отдать Москву неприятелю, один Кутузов мог остаться в этом мудром деятельном бездействии, усыпляя Наполеона на пожарище Москвы и выжидая роковой минуты: ибо Кутузов один облечен был в народную доверенность, которую так чудно он оправдал!».

Всего два года разделяют «Полководца» и лермонтовское «Бородино» (1837). «Всего» - потому что разделяют они не просто два произведения, а два поэтических поколения: поколение современников Отечественной войны и поколение тех, для кого она была уже весима отдаленной историей. Впрочем, правильнее говорить о встрече поколений, потому что еще в 1830 - 1837 г.г. Лермонтов написал стихотворение «Поле Бородина», в котором не без основания видят первый вариант будущего «Бородина». Именно на примере этих двух вариантов легче уяснить то новое, что принесло в тему Отечественной войны поколение Лермонтова.

По своему «жанру» «Поле Бородина», как и классическое «Бородино», представляет рассказ старого воина о Бородинском сражении. Есть в нем и целый ряд характерных выражений, стилистических слитков, которые в «Бородине» станут своего рода опорными, ключевыми:

«Ребята, уж не Москва ль за нами? Умремте ж под Москвой, Как наши братья умирали! » И мы погибнуть рбещали И клятву верности сдержали Мы в бородинский бой.

Рука бойцов колоть устала, И ядрам пролетать мешала Гора кровавых тел.

Однако это все же лишь отдельные находки; общий же образный строй несет на себе явные следы старой условно- романтической палитры. Например:

Л","

Шумела буря до рассвета; Я, голову подняв с лафета, Товарищу сказал: «Брат, слушай песню непогоды: она дика, как песнь свободы». Но, вспоминая прежние годы, Товарищ не слыхал.

Или:

Мой пал товарищ, кровь лилася, Душа от мщения тряслася, И пуля смерти пронеслася Из моего ружья.

«Бородино» - верх стилистической цельности и, отсюда, изобразительного совершенства. Сказался здесь, вероятно, и возмужавший талант Лермонтова, но главное было в другом - в безграничных художественных возможностях, которые открылись для поэзии с победой реализма. Пушкинского реализма. Это был принципиально новый уровень, тип поэтического мышления, гарантирующий неизмеримо большую полноту художественного отражения, неизмеримо большее многообразие изобразительных средств. Этот новый уровень, достигнутый и утвержденный в творчестве Пушкина и Лермонтова, станет той отправной точкой, с которой начнется триумфальной шествие русского реализма во второй половине XIX века.

) I "

* г

3. «ПИСЬМА РУССКОГО ОФИЦЕРА» Ф.ГЛИНКИ

В 1815-1816гг. вышли «Письма русского офицера» Федора Глинки. Книга представляла тем больший интерес, что это были не столько мемуары, сколько «живые репортажи» о событиях, в которых довелось участвовать автору. «Окруженный шумом весенних бурь, - вспоминал он, - я посвящаю все свое время одним обязанностям службы. Иногда только, в минуты общего вдохновения, при свете полевых огней, часто на самом месте боя изливал я, как умел, мысли и чувства мои на бумаге». Подтверждал это и К. Н: Батюшков: «Один Глинка писывал в походе».

Замечательно, что уже в письме от 10 мая 1812 г., то есть за полтора месяца до начала войны, писатель не только предсказывает скорое ее начало, но и говорит о том, какова она будет, эта грядущая война: «Война эта должна быть необыкновенно ужасна!.. Наполеон, разгромив большую часть Европы, стоит, как туча, и хмурится над Неманом. Он подобен бурной реке, надменной тысячью поглощенных источников; грудь русская есть плотина, удерживающая стремление: прорвется - и наводнение 6} ^т неслыханно! О, друг мой! Ужели бедствия нашествий повторятся в дни наши?.. Ужели повторение? Нет! Русские не выдадут земли своей! Если недостанет воинов, то всяк из нас будет одной рукой водить соху, а другой сражаться за Отечество!».

В первые же дни войн£1 он вступает в армию и принимает участие в боях под Смоленском. В письмах этих дней он рассказывает о беспримерном героизме защитников города, о широчайшем размахе народной войны, в которую на его глазах превращалась борьба с наполеоновским нашествием. «Мой друг! - пишет он. - Настают времена Минина и Пожарского! Везде гремит оружие, везде движутся люди! Дух народный, после двухсотлетнего сна, пробуждается, чуя угрозу военную».

Восхищаясь храбростью и стойкостью русских солдат, мужеством и самоотверженностью народных ополченцев, пришедших под стены Смоленска, писатель, однако, испытывает иногда некоторое недоумение. Например, он явно озадачен тем фактом, что разрастающаяся день ото дня народная война не только не встречает в правительственных кругах должного призвания, но, напротив, даже пугает их. «Дух пробуждается, души готовы, *- пишет он 19 июля. - Народ просит воли, чтоб не потерять вольности. Но война народная слишком нова для нас. Кажется, еще боятся развязать руки. До сих пор нет ни одной прокламации, дозволяющей собираться, вооружаться и действовать где, как и кому можно».

Боевой путь Глинки идет через всю войну. Писатель-воин постоянно в боях, в самых «горячих» местах -в арьергарде отступающих войск, в авангарде наступающих. Он участвует во всех главных сражениях двенадцатого года -под Смоленском и при Бородине, и у Вязьмы... вместе со своим Апшеронским полком он проделывает весь заграничный поход русской армии 1813-1814гг.

Первые главы «Писем русского офицера» начали выходить еще в 1812 году и сразу же привлекли к себе огромное внимание. «Письма эти, - вспоминал один из современников, - по появлении своем имели блистательный успе^, они с жадностью читались во всех слоях общества, во всех концах России. Красноречивое повествование о свежих еще, сильно волновавших событиях, живые, яркие картины, смело нарисованные в минуты впечатлений, восторженная любовь ко всему родному, отечественному и к военной славе, все в них пленило современников. Я помню, с каким восторгом наше, тогда молодое, поколение повторяло начальные строки письма от 29 августа 1812 г.: «Застонала демля и пробудила спавших на ней воинов. Дрогнули поля, но рдца покойны были. Так началось беспримерное сражение Бородинское».

В 1839 г. Глинка написал «Очерки Бородинского сражения» - развернутое, красочное описание этой величайшей битвы Отечественной войны, описание, которое, по выражению В. Г. Белинского, «дышит чем-то гомерическим, как будто выхвачено из эпоса, и производит впечатление, аналогическое с тем, которое производят на душу подвиги героев «Илиады»... Очерки главных дЬйствователей у, г.Глинки ярки и живы; с неутомимым интересом, с сильным сердечным биением и усиленным пульсом следишь за каждым из них, отдаешь ему весь, и забываешь на миг все остальное. Общие взрывы описаны не менее живо и действуют с какою-то оглушительной силою ». «Ксенофонту Бородина» - с такою надписью по дарил Глинке В. А. Жуковский своего «Певца во стане русских воинов».

4. ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ ИСТОРИЧЕСКОЙ БЕЛЛЕТРИСТИКИ. ТРИ СТАРИННЫХ РУССКИХ РОМАНА...

В конце 1820-х - начале 1830-х гг. тема Отечественной войны начинает возрождаться в произведениях исторической беллетристики. Первые опыты в этом роде - «Изидор и Анюта» А. Погорельского и «Вывеска» О. Сомова - правда, достаточно скромны (особенно повесть Погорельского), но как первые подступы к теме они все же заслуживают определенного внимания.

За повестью О. Сомова нЬльзя не признать даже определенных и весьма значительных по тому времени художественных достоинств. Это и хорошее знание предмета, и занимательность повествования, и естественность и простота стиля. Повествуя о нелегкой судьбе провинциального французского парикмахера, о его злоключениях во время похода в Россию, Сомов стремится увидеть войну глазами солдата вражеской армии, раскрыть бесчеловечную сущность наполеоновского вторжения как бы «изнутри». В описании событий, которое Сомов вкладывает в уста француза, правда, чувствуются русские источники («Письма русского офицера» Ф. Глинки, «Походные записки русского офицера» И. Лажечникова), но эта своеобразная переплавка наблюдений русских участников войны во впечатления наполеоновского солдата произведена писателем, надо сказать, достаточно искусно.

В 1831 г. Появляется роман М. Н. Загорского «Росласлев, или Русские в 1812 году».» 1 Это был настоящий, «полнометражный» исторический роман с широким охватом событий, с массой действующих лиц, с острым драматическим сюжетом. Современники проявили к нему живейший интерес, тем более понятный, что за два года до того Загоскин написал первый в русской литературе исторический роман «Юрий Милославский, или Русские в 1612 году» и уже успел снискать славу «Русского

Вальтера Скотта».

В предисловии к новому роману Загоскин писал: «Предполагая сочинять эти два романа, я имел в виду описать русских в две достопамятные эпохи, сходные меж собою, но разделенные двумя столетиями; я желал доказать, что хотя наружные формы и физиономия русской нации совершенно изменились, но не изменились вместе с ними наша непоколебимая верность к престолу, привязанность к вере предков и любовь к любимой стороне». На этой нравственно- политической «триаде» и основывается содержание романа.

Со стороны чисто литературной новый роман Загоскина не слишком уступал «Юрию Милославскому». Та же в нем была живость изображения, то же хорошее знание русского быта, та же была увлекательность повествования. Однако сейчас все это воспринималось во многом по-иному. Если «Юрий Милославский» повествовал о временах почти незапамятных, то в «Рославлене» речь шла о совсем еще недавнем прошлом, которое не только не забылось, но и продолжало жить в настоящем в виде целого ряда острейших нравственно-социальных проблем. То есть, иначе говоря, новый роман 3"агос,кина, в отличие от первого, был не столько романом историческим, сколько романом о дне. А потому и критерии, с которыми современники подошли к новому роману, во многом отличались от тех, что они применяли к «Юрию Милославскому»: если в изображении жизни VII в. Загоскин вполне мог положиться на свое отличное знание русской старины, художественно е воссоздание которой уже само по себе имело в глазах читателей большую ценность и обеспечивало уму вполне дог гточное доверие, то к изображению войны 1812 года они имели возможность подойти с точки зрения своего собственного опыта, узнать или не узнать себя в героях «Рославлева», а это был уже другой, гораздо более конкретный и строгий критерий. Поэтому неудивительно, что, несмотря на довольно широки «массовый» успех, в серьезной критике новый роман Загоскина был встречен весьма холодно. Правда, всегдашние достоинства Загоскина-художника - умение «рисовать отдельное сцены и картины простонародного и помещичьего деревенского быта» (В. Г. Белинский) - отмечались и здесь, но это было и все, что говорилось в похвалу его нового романа.

Роман, надо полагать, оставил бы в истории русской литературы след и еще менее заметный, если бы не то неожиданное и в некотором роде особое внимание, которое проявил к нему Пушкин. Нет, Пушкин не переоценивал достоинств романа. Общее его мнение не расходилось ни с оценкой Белинского, ни даже с уничтожающим суждением П. А. Вяземского, считавшего, что «в «Рославлеве» нет истины ни в одной мысли, ни в одном чувстве, ни в одном положении». Показательнее было другое: вскоре же после появления «Рославлева» Пушкин принимается писать нечто вроде «ответа» на него, причем делает это в весьма своеобразной форме: от лица некоей дамы, якобы близко знавшей главную героиню загоскинского романа - Полину, он намерен изложить свою версию событий, о которых шла речь в романе.

Ярко, проникновенно, с искренним восхищением и любовью пишет рассказчица нравственно-духовный портрет своей подруги. Полина умна, образованна, независима. Ее суждения исполнены глубины и оригинальности. Ей присуща какая-то особая нравственная отвага. Но что, пожалуй, особенно в ней поражает и восхищает, - это какое-то удивительное тонкое и обостренное чувство национального достоинства, чувство, которому равно чужды и тупое «охотнорядское» чванство, и не менее тупое и унизительное барское пренебрежение к национальным традициям. Полина испытывает жгучий стыд, истинное унижение, когда сановные, ее соотечественники, эти «обезьяны просвещения», откровенно скучают в обществе великой мадам де Сталь, но спешат подхватить и разнести по городским гостиным ее не слишком скромный каламбур, брошенный им ею как бы в виде милости. Однако она искренне восхищена тем, как та же мадам де Сталь сказала одному «старому, несносносному шуту», который из угождения к иностранке вздумал было смеяться над русскими бородами: «Народ, который, тому сто. г, отстоял свою бороду, отстоит в наше время и свою голову».

Патриотическое чувство Полины чрезвычайно взыскательно и щепетильно. Истинная любовь к Отечеству, в ее представлении, предполагает высокую духовность и только потому может возвыситься до жертвенности. Оттого ей одинаково отвратительны и убогая безнародность «светской черни», и угрюмый шовинизм «гонителей Кузнецкого моста», который в дни, когда над Отечеством нависла смертельная опасность, обернулся обыкновенной трусостью, поспешными сборами «в саратовские деревни», в надежде, что «ожесточившийся народ» сам поднимет знамя Минина и Пожарского.

Настоящий патриотизм - чувство слишком высокое и обязывающее, что его унижать до огульного поношения всего иноземного, до смешных выходок вроде сжигания «десятка французских брошюрок» или отказа от лафита в пользу кислых щей. Полина это понимает. И чтобы выразить всю глубину своего презрения к этой «проворной перемене и трусости», она «на бульваре, на Пресненских прудах нарочно говорила по- французски; за столом в присутствии слуг нарочно оспоривала патриотическое хвастовство, нарочно говорила о многочисленности Наполеоновых войск, о его военном гении.» И мы, конечно же, ее понимаем, когда в ответ на укоры «в приверженности ко врагу отечества» она с гордостью заявляет: «Дай бог, чтобы все русские любили свое отечество, как я его люблю».

Вскоре Пушкин оставил работу над «Рославлевым» и больше к нему не возвращался. Учитывая тот факт, что заявленное в начале повествования намерение дать иную в сравнении с романом Загоскина версию событий осталось не осуществленным, естественно, как будто предположить, что Пушкин просто не завершил своего рассказа. Однако такое предположение было бы все же вряд ли основательным. Ибо главная, а лучше сказать единственная цель, ради которой он, собственно, и вступил в столь необычную полемику с Загоскиным, была, несомненно, достигнута и не нуждалась более ни в каких других сюжетных подтверждениях. Ему важно было выразить свое понимание истинного патриотизма, и он блистательно решил эту задачу, создав яркий и неотразимо убедительный образ Полины, который, начисто отменяя версию Загоскина, делал какие бы то ни было дальнейшие объяснения с ним совершенно излишними. Больше того, для выражения своей мысли Пушкин нашел еще более лаконичную и потому еще более емкую форму: публикуя этюд-пять лет спустя в «Современнике», он сократил его ровно вдь^е, замкнув повествование фразой «Наполеон был такая бестия, m-me de Stael претонкая штука!» Тем самым он не только придал рассказу совершенно новую сюжетную динамику, но и в значительной степени усилил его современное звучание, показав, что столичный «большой свет» 1830-х годов остался таким Же тупым, каким он был и четверть века назад. «Недавно, - заключает свой рассказ подруга Полины, - рассказывала я все это в одном очень порядочном обществе». «Может быть, - заметила мне, -me de Stael была не что иное, как шпион Наполеонов, а княжна доставляла ей нужные сведения». - «Помилуйте, - сказал я, - me de Stael, десять лет гонимая Наполеоном, благородная, добрая -me de Stael, насилу убежавшая под покровительство русского императора, -me de Stael, друг Шатобриана и Байрона, - me de Stael будет шпионом у Наполеона!..» - «Очень, очень может статься, возразила востроносая графиня Б.- Наполеон был такая бестия, а - me de Stael претонкая штука!».

Через несколько лет Гоголь в «Мертвых душах» даст к этой сцене красноречивый аналог, приведя «сметливое предположение» обитателей губернского города насчет того, «что не есть ли Чичиков переодетый Наполеон»...

4. ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ ИСТОРИЧЕСКОЙ БЕЛЛЕТРИСТИКИ. ТРИ СТАРИННЫХ РУССКИХ

РОМАНА

Остановимся на судьбе трех забытых литераторов. Они не случайно привлекают наше внимание так, обращаясь к развитию русской исторической прозы, нельзя обойти Рафаила Зотова, одного из самых плодовитых романистов своего времени Деятельность Николая Греча не менее достойна почтения: он был не только автором одного из популярнейших тогда романов, но заметной (и далеко не однозначной!) фигурой литературной жизни 10-30-х годов, создателем кёплохих учебных книг по русскому языку, наконец писателем,/оставившим нам интересные мемуары. Менее известен Николай Коншин, однако его личность постоянно обращала на себя внимание исследователей: в его судьбе и его творчестве отразились характернейшие черты эпохи литературного романтизма.

Итак, эти писатели интересны и сегодня, а их романы и ныне остаются не только памятником литературы прошлого, но способны и волновать нас, и подвести к размышлению о немаловажных вопросах.

При дворе Павла 1 хорошо знали дворцового гренадера Михаила Зотова, отличавшегося необычайной силой: он мог нести человека на вытянутой руке и, на удивление публики, легко гнул руками подковы. Это* офицер, внук Бату-хана, брата последнего крымского владыки Щагин-Гирея, сын татарского атамана, был отцом будущего писателя - Рафаила Михайловича Зотова (1795 - 1871). Матерью же его была простая крестьянка...

Наделенный от природы незаурядными способностями, юный Рафаил, окончив в 14 лет Петербургскую гимназию, отлично знал немецкий и французский языки и был страстным любителем литературы и драматических представлений. Поэтому не случайно поступил он на службу к главному директору театров обер-камергеру Л. Нарышкину. Недолго, однако, длилась эта служба: настал 1812 год, круто повернувший судьбы россиян. Исполненный патриотического порыва, шестнадцатилетний Рафаил Зотов вступает в ополчение. 5 сентября вместе со своею колонной он покидает северную столицу и с тех пор вплоть до окончания похода с полной самоотверженностью (он 10 раз был ранен) участвует в антинаполеоновской компании, пройдя с русской армией всю Европу. Перипетии своей военной судьбы

Зотов позже правдиво опишет в «Рассказах о походах 1812 и 1813 годов прапорщика Санкт-Петербургского ополчения».

По возвращении из похода он подает в отставку, женится в 1816 году на М. И. Пикулиной и с головой уходит в театральную жизнь. Будучи с 1818 по 1836 год начальником репертуара русского театра, он пишет сам для сцены и переводит. Его театральное наследие - более 100 пьес в стихах и прозе. В это время появляются на сцене его произведения. Так, в 1818 году был представлен в Петербургском театре «Ермак», а затем - опера «Куликовская битва» , далее последовали «Александр и София или Русские в Ливонии», «Юность Иоанна, или Нашествие Тамерлана на Россию» и другие. Эти постановки отличались определенностью авторского отношения к событиям, велеречивыми монологами, необычайными совпадениями, эффектными сценами; герои здесь были четко разграничены на положительных, достойных, с «светлой душой» и отрицательных, недостойных, бесчестных. Такого рода прямолинейность наблюдается и в прозе Р. Зотова, на стиль которой оказало некоторое воздействие «театральное мышление автора».

Возможно, к этому времени относится и его знакомство с Пушкиным, Гоголем, Лермонтовым, которые по вечерам иногда к

нему заглядывали.

В 1836 году, поссорившись по одному служебному делу с всесильным директором императорских театров А. М. Гедеоновым, Зотов вызвал его на дуэль. Это повлекло за собою отставку и закрыло двери к служебной карьере. Пятнадцать лет он зарабатывал на жизнь,- делая выборку из политических зарубежных изданий в рубрику «Заграничные известия» для газеты Греча «Северная пчела». «Так он перебивался... «из кулька в рогожку»] как говорится, и жил, не унывая, с грехом пополам, ни шатко ни валко, - вспоминал один из современников. - Между четырьмя и пятью часами дня Рафаила Михайловича можно было встретить зимою в бекеше с бобровым воротником, летом - в толстом пальто, с тростью в руке на Невском проспекте, где он гулял, окончив работу, напевая про себя оперный мотив и перенесясь мыслью в прежнее невозвратное время...» Вновь получить должность помог случай. Однажды в «Северной пчеле» Зотов поместил фельетон по поводу открытия Благовещенского моста. В фельетоне были стихи, которые показались очень лестными министру путей сообщения графу Клейнмихелю. Он-то и предложил Зотову место члена Совета путей сообщения. Но это произойдет в 1852 году.

А пока с присущим ему энтузиазмом Зотов писал роман за романом: в тридцатых годах выходит «Никлас, Медвежья Лапа, атаман контрабандистов или Некоторые черты из жизни Фридриха II», исторические повести «Студент и княжна, или Возвращение Наполеона с острова Эльбы» и «Наполеон на острове св. Елены», пятичастная «Военная история Российского государства», «Шапка юродивого, или Трилиственник. Исторический роман из времен Елизаветы и Екатерины», - в сороковых - «Бородинское ядро и Березинская переправа», «Фра- диаволо, или Последние годы Венеции». В пятидесятые годы появляются «Исторические очерки царствования императора Николая I », «Таинственные силы, или, Некоторые черты из царствования императора Павла I», «Две сестры, или Смоленск в 1812 году». Вот далеко не полный перечень написанного Рафаилом Михайловичем Зотовым.

Интерес к истории сопутствовал писателю всю жизнь: то он углублялся в русскую древность, то касался недавнего военного времени, с особым пристрастием писал об эпохе Александра I, о величии русской армии -освободительницы, о славных людях русской армии. Ему, «старому служаке», была присуща искренность гражданско-дидактических убеждений, солдатская прямолинейная ясность в представлениях о долге, чести и присяге...

Деятельный характер писателя проявлялся не только в многочисленных литературных опытах. Его заботило благо России, «устроительство дел государственных». Он выступает с разнообразными проектами, имеющими целью всеобщее благосостояние. То пишет о необходимости постройки железной дороги между Петербургом и Одессой, то подает проспекты об охране российских,рек, об учреждении гражданской стражи, о новых шоссе, или о всеобщей воинской службе не более трех лет, о помощи нищим...

Среди романов Р. Зотова «Леонид, или некоторые черты из жизни Наполеона» был одним из наиболее популярных; он выдержал четыре издания, что свидетельствовало о внимании к нему читателей. Популярность эта объяснялась прежде всего пристрастием современников к историческому жанру: все потянулись к истории. «В наше время, - писал Петр Сумароков в предисловии к своим повестям, - тысячи романв бывают раскуплены, прочитаны и расхвалены, может быть, только за то, что заглавию их прибавлено волшебное слово исторический ». Но не только в этом дело. Когда уже были написаны романы Достоевского, Толстого, и прежний Антоша Чехонте уже становился известным Чеховым, - Зотова издавали, переиздавали; последнее роскошное издание одного из романов писателя вышло у Сытина в 1905 году. Читатель был, как правило, увлечен сюжетом Зотова: события одно другого неожиданнее беспрестанно здесь сменялись, десятки непредвиденных (часто почти невозможных) совпадений, удивительных происшествий буквально не давали опомниться.

Повествование насыщено упоминанием самых известных полководцев, дипломатов, государственных деятелей, все они как бы непроизвольно сталкиваются с главным героем романа, лицом, созданным воображением писателя, беседуют с ним, принимают участие в его судьбе. Таким образом, не герой действует в истории, а история служит поводом для рассказа о

необыкновенного героя.

В том, как складывается судьба, есть сказочно- гиперболическая невероятность: Леонид успешно сражаеися против Наполеона, а затем удивительным образом, не оставляя мысли о милом своем отечестве, оказывается у него на службе, даже выполняет роль его шпиона в Австрии и, пройдя через массу приключений, возвращается на Родину.

«Повороты» событий в романе определялись удивительного рода случайностями. Вот, например, в единоборстве с массой французских солдат, уже почти опрокинутый ими, Леонид попадает палашом по висевшему на колесе фитилю; тлеющий конец его касается затравки орудия, раздается выстрел, и герой спасается, - отброшенный через колеса на сажень. Чудесным образом автор оставляет в живых и другого своего героя - Евгения: «Евгений был сбит с ног, и через него поскакал неприятельский эскадрон. По какому-то невероятному счастью, которое, впрочем, так часто встречается на войне, ни одна лошадь не наступила на Евгения, и когда все промчались, он... пошел потихоньку к лесу...». Подобного в романе много, но чудеса эти на грани вероятного - могло быть и такое. Бывало!

Удивительны и совершаемые героем подвиги. Леонид дважды спасает своего друга Евгения, затем и его сестру Наташу, позже - солдата Варлама и многих других; он едва не захватывает в плен Наполеона, выдерживает при защите батареи борьбу с сонмом французских солдат, мешает сладострастному негодяю Сельмару лишить чести немецкую девушку; умелыми действиями уничтожает с вверенным ему полком целое подразделение французской армии и т. д.

Леонид (это имя значит по-гречески подобный льву), самою судьбою предназначенный, чтобы восхищать воображение всех, всегда неожиданно торжествует, выскальзывает невредимым из самых, казалось бы безвыходных обстоятельств. Он являет собою примеры благородства, скромности, любезности,

богобоязненности и одновременно - смелости, решительности, самоотверженности, доброты и чувства долга.

Вместе с тем герой был «идеальный» сын своего века и своей среды: благопристойный, глубоко и искренно преданный не только русскому императору, но самой идее «помазанника божия». Благоговеющий перед любым венценосцем, он считает своим долгом служить ему, хотя и лишен слепого верноподданнического фанатизма и всегда сохраняет свое человеческое достоинство. По крайней мере он всеми силами души искренно стремится к добру, как он его понимает, к красоте, как он ее чувствует. Короче - он стремится быть человеком, поступающим благородно, по законам чести. Именно эти его черты, отмеченные автором, так или иначе привлекают

наши симпатии.

Рецидивы исторически объяснимых верноподданнических чувств, своеобразие патриотизма, исповедуемого героем, не помешают современному читателю ощутить и истинные патриотические настроения, господствующие в русском обществе во время французского нашествия 1812 года, и сочувственно отозваться душой на искренние порывы любви к Отечеству. Разве не вечно современно сказанное зотовским героем Леонидом о патриотизме: «Дай бог, чтобы это чувство никогда не ослабевало в сердцах русских. Первый день равнодушия нашего к отечеству - будет последним днем его славы и могущества. Не дай бог, чтобы это чувство никогда не ослабевало в сердцах русских. Первый день равнодушия нашего к отечеству - будет последним днем его славы и Могущества не дцй бог ни детям, ни внукам нашим дожить до этого».правда, Леонид далеко не всегда выдерживает испытания жизни, совершает проступки, опрометчивые шаги. Но его ошибки столь понятны и, как правило, непроизвольны, его раскаяние столь очевидно, что в конечном счете, несмотря на его странности и предубеждения, некоторую социальную ущербность представлений,

сказывающуюся в отношении к иным людям, и даже нравственные падения, происходящие вследствие минутных сердечных слабостей, - ореол героя и человека всяческих достоинств остается при нем.

Мы напрасно стали бы искать в романе Р. Зотова стремление к тому глубинному проникновению в историю, которым отличались лучшие образцы декабристской исторической прозы, наиболее значительные произведения Н. Полевого, М. Загоскина, и И. Лажечникова или непревзойденная повесть Н. Гоголя «Тарас Бульба». Исторические события являются у Зотова, как уже говорилось, декорацией, фоном, на котором разыгрываются драматические происшествия из жизни главного героя. Желая придать этим событиям особую увлекательность, автор как бы «подгоняет» их под свой замысел и для этого вводит в свой роман таинственную фигуру графини Б., являющуюся тайным организатором множества межгосударственных отношений и военных столкновений с предначертанным ей исходом. При этом одним из основных соучастников антинаполеоновского замысла оказывается... Талейран.

Здесь (как и в других случаях) Зотов основывается вовсе не только на фантазии. Ведь «сложные» отношения между Наполеоном и Талейраном - исторический факт. Уже встреча Александра I и Бонапарта в Эрфурте (28 сентября 1808^года) обнаружила удивившую тогда Александра позицию Талейрана, убеждавшего наедине русского императора «спасти Европу», ибо «русский государь должен быть союзником французского народа», и позже выступавшего как «Анна Ивановна», шпионящая в пользу и за счет императора Александра I».

Или, например совершенно соответствует историческим данным то, что за полтора года до начала русской компании Наполеон стал «не только размышлять вслух о войне с Россией, но и серьезно изучать этот вопрос». Подобный же факт, представленный в романе Зотора многоречивыми монологами Наполеона и спорами, возникающими в его окружении, изображается с наивной откровенностью, причем психологическая подоплека словесных баталий заметно упрощена.

Итак, в «Леониде...» было немало авторских вольностей, фантазий на тему истории, что вполне соответствовало романтическому отношению к изображению прошлого; отчасти же это были даже «приемы», возвращающие к опытам предромантической прозы. Однако успехи отечественной исторической романистики, личный жизненный опыт автора, влияние Вальтера Скотта не могли не сказаться на художественной стилистике романа, и видимость достоверности явилась одной из направляющих его сюжета. Поэтому-то так интересны многие бытовые сцены, некоторые военные и «светские» эпизоды, самое развитие интриги, наконец «заставки», в которых дается широкая панорама эпохи.

Исторические несоответствия забываются в ярком динамизме событий. Постоянно возникающие нравственные вопросы заставляют с волнением следить за «колебаниями» характеров и обстоятельств. Таким образом намечаются и контуры событий всей в целом истории наполеоновских войн, главное же - настроений и ощущений их участников (многое Зотов знал по собственному опыту).

Правдоподобно отражены в романе некоторые светские, провинциальные, армейские межгрупповые, кастовые отношения, причем автор, естественно, передает их с позиции своего воемени и основываясь на исторических реалиях.

Вспомним в связи с этим, что Зотов проводит своего героя во многом через те же события и сталкивает со многими из тех общественно-исторических явлений, которые много лет спустя будет художественно осмыслять;JI. Н. Толстой в своем всемирно известном реалистическом романе-эпопее «Война и мир»: тут и сражения, и знаменитые дипломатические встречи, наконец - тайные международные общества (масонов и др.). кстати сказать, роман Р. Зотова был Л. Толстому известен, среди многих других книг служил ему материалом во время работы...

Однако в художественном освоении материала между этими произведениями поистине пролегает бездна!

Не только жизнь героя, но и черты времени воссоздаются Р. Зотовым - участником тех событий, так сказать, поверхностно, на бытовом уровне. Толстой - даже факты очень личной жизни героев как бы подключает к основной задаче: отразить в историческом движении «мысль народную». Отсюда и многогранность исторических событий, и их сложное отражение через переживания и размышления различных лиц, находящихся на разных общественных уровнях и представляющих самые широкие слои народа.

Толстой наполняет обстоятельства жизни героев существенными приметами времени, приобщает их к миру, «где готовилось будущее, от которого зависели судьбы миллионов», вплетает частные события в общую картину, которая ощущается читателем как неизбежная в своей объективной закономерности. Ведь почти каждое эпохальное событие отражается в суждениях, намерениях и поступках многих толстовских героев, вскрывает черты их характеров, выявляет их отношения друг к другу и сказывается не только на их судьбе, но и на существенных изменениях их внутреннего облика. Отсюда - правдивое подключение к истории «самых обыкновенных простых лиц и

событий, связанных между собою художественной

необходимостью».

Не будем однако же судить Р. Зотова за то, что он не Толстой. Та поверхностная объективность, которая создана им - очевидцем, - содержит немало для нас ценного; даже из натуралистических элементов, из многочисленных

второстепенных фактов складывается мозаичная, но тем не менее

небезынтересная картина...

Между тем современная Р. Зотову критика была к писателю беспощадна. Например, Кс. Полевой, оценивая роман как «сброд происшествий, воющих от ужаса, когда они сближены», отрицая истинность изображения, давал суровую официально- дидактическую характеристику некоторым «неуставным» действиям героя и его случайным, нравственным падениям и считал, что автора можно похвалить только за то, что «он хотел написать хорошую книгу». Суров был В. Г. Белинский, иронически заметивший: Зотов «имеет удивительную способность писать плодовито и широко: прочитав одну часть его романа, вы думаете, что прочли целые пять романов».

Более поздние оценки были справедливее. Так, рецензент «Исторического вестника», отметив, что писатель пользовался в свое время большой известностью, указывал, что «Р. Зотов, уступая по силе дарования Лажечникову и Загоскину, занимает в литературе место непосредственно за этими романистами», и замечал, что в отличие от названных авторов Зотов «изображал лица, имеющие всемирное значение». В этой заметке было верно сказано, что в зотовском романе «кроме компаний Наполеона с 1806 по 1814 год, дипломатических интриг, тайных обществ, заговоров, военных действий той эпохи, изображены нравы нашего общества, быт помещиков, пользовавшихся всеми возмутительными правами крепостничества, едва выносимое невежество народа под гнетом вечного рабства, жизнь нашего солдата под тяжестью жестоких дисциплинарных условий».

Все это заметит в романе Зотова и современный читатель.

[Через два с небольшим месяца после начала Отечественной войны 1812 года в Петербурге вышел первый номер еженедельного исторического, политического и литературного журнала «Сын Отечества», основанного Николаем Ивановичем Гречем (1787-1867). Задача этого издания заключалась в том, чтобы вдохновлять русское общество на борьбу с наполеоновским нашествием. В то время вокруг журнала сплотились патриотические силы. В нем было напечатано вдохновенное «послание к русским» адъюнкт -профессора нравственных и политических наук Царскосельского лицея А. П. Куницына, утверждавшего идеи народного героизма в борьбе против захватчиков, патриотические басни И. А. Крылова и многие другие сочинения, исполненные священной ненависти к завоевателям, высокого ратного духа. Патриотической цели служили помещаемые в журнале воззвания и многие политические статьи, а так же серии антинаполеоновских карикатур. Этот хорошо известный современникам журнал процветал благодаря энергичному, хорошо образованному редактору, уже испытавшему себя на ниве журналистики (вместе с другими литераторами он уже издавал три журнала: «Гений времен», «Журнал новейших путешествий», «Европейский музеум»).

Основание «Сына Отечества», консолидация вокруг него прогрессивных литераторов не было случайностью в биографии Н. И. Греча, журналиста, филолога, писателя, многообразная деятельность которого вполне заслуживает внимания потомков. Было бы неверно, памятуя возникший позже, после 1825 года, «союз» Н. И. Греча с Ф. В. Булгариным и даже известную конфронтацию с А. С. Пушкиным в 1830-1831 годах (в связи с изданием журнала «Современник»), однозначно считать писателя безнадежным консерватором и поборником ортодоксально- монархической политики. {Деятельность Н. И. Греча сложнее и принесла немало пользы отечественной словесности. Достаточно в связи с этим упомянуть о дружеских отношениях, которые сохранились у Греча с Пушкиным до конца его дней, или вспомнить одно из итоговых сочинений позднего Н. И. Греча «Записки о моей жизни»," содержащие отнюдь не благонамеренные, но весьма критические суждения и бытописательные зарисовки монархической верхушки, по сей день вызывающие иктерес. Нельзя забывать и заслуги н. Греча на поприще филологии: его «Учебную книгу российской словесности», «Опыт" краткой истории русской литературы, «Практическую русскую грамматику» и др. Одним словом, близость к Булгарину далеко не определяет лицо общественно- литературной биографии Н. И. Греча и тем более - Греча - писателя, известного нам романами - «Поездка в Германию» (1831) и «Черная женщина» (1834)».

В первом из этих произведении, написанном в виде путевых записей и писем, следуя отчасти традициям нравственно- дидактических романов, Греч обращается к жизнеописанию петербургских немцев, рассказывает о жизни и истории романтической любви благородного и восторженного

Мстиславцева. Второй - также не исчерпывается «семейной историей» и повествует о самых разных, порою таинственных явлениях. Не случайно этим произведением увлекались современники...

Не только область истории, но открытая романтикам сфера фантастического, восходящего к фольклёрным мотивам и содержащего «порывы человеческого духа» к неизвестному, таинственному, высокому, предстает здесь читательскому взору. В мистике, в скрытых, непонятных явлениях, чреватых, как предполагалось, неограниченными возможностями власти над окружающими, в еще непонятных сознанию человека тайных связях с «силами природы», оказывающих влияние на нашу жизнь, мысль и чувства людей как бы* проникали в «иной мир», в котором самоутверждение личности неограниченно. Здесь романтические писатели черпали материал для «чудесных образцов. Нередко сюжет фантастических произведений развивался в связи с изображением окружающей повседневности, с повествованием о жизни современного общества или на фоне известных исторических событий. К таким произведениям принадлежит «Черная женщина» Греча. Ее главный герой, князь Алексей Кемский, образованный молодой человек, живущий богатою духовною жизнью и являющий собой пример добросердечия, отзывчивой непосредственности в отношении к людям и внутренне сосредоточенности, - зачастую забывает о печальных неожиданностях жизни и не умеет даже вообразить, как далеко могут зайти козни окружающих его людей, вроде его сводной сестры Алевтины, племянников «эгоистов и бездушников» или коварного Лемешова и стряпчего Тряпицына. Но всякий раз, когда несчастье, горькое разочарование или обман ожидают его, - вдруг черная женщина как видение, предваряющее мрачное событие или предостерегающий от

рокового поступка.

Однако писатель вовсе не исповедовал только слепую веру в потусторонние силы. Его взгляд на таинственное диалектичен, и в этом можно удостовериться из рассуждений героя о «видениях»: «Мысль ли это, облеченная воображением в видимые формы, затаившееся ли в душе воспоминание былого случая, которое в памяти рассудка исчезло...» Вместе с тем Кемский думает, что «видения наяву, когда человек обладает всем рассудком и всеми чувствами», «имеют связь с... душевными движениями, прошедшими, настоящими и будущими», причем «голос духовного мира» внятен только тому, «кто одарен способностью его слышать».

Алексей Кемский как раз относился к тем, кто внемлет голосу духовного мира и вообще принадлежит к людям

чрезвычайной чуткости.

Вместе с тем он является образцом истинного просвещения и гуманности и возглавляет галерею замечательных героев романа, всегда стремящихся к истинной человечности, искреннему благорасположению и доброте к людям, возвышающих культуру и нелицеприятно противопоставивших себя невежеству, грубой невоспитанности нравов и человеческим порокам. Может быть, где-то в оценке героев автор и грешит прямолинейностью, но его искренние симпатии к добру и красоте и столь же искреннее осуждение бездуховности и бессердечия, определенность этих нравственных оценок не может не вызывать сочувствия у современных читателей. Герой Греча живо на все отзывается, и предполагая в окружающих свойственное ему самому благородство, попадает нередко в весьма тяжелые обстоятельства. Однако чистота помыслов, вера в добро, сила духа пресущая Кемскому, благородные друзья-знакомцы, встреченные им на жизненном пути, наконец, предупреждающей его об опасности - в конечном счете помогают ему посрамить корыстолюбивых и пристрастных врагов своих.

В своем «духовидстве» и прозрениях Кемский не одинок: в романе изображена еще одна незаурядная личность, «натуралист, испытатель таинств природы» Алимари, обладающий подобного рода способностями и одновременно убежденный, что научные взыскания откроют когда-нибудь причины того, «что казалось неизъяснимым чудом», и все это «покажется нам в виде явления или действия природы, понятного ; и даже в естестве вещей необходимого». Такого рода взгляды составляют и неортодоксальную религиозность Алимаря, которая более походит на своеобразную нравственно-философскую систему христианского толка. Замечательный этот иноземец отличается самыми добрыми свойствами характера, и потому понятна его дружба с нашим героем.

Мы имеем основания не соглашаться с рядом ученых воззрений Алиари, но не можем не сочувствовать общему направлению его стремлений к духовности, к высокому и прекрасному в человечестве, стремлений, которым он следует

всю свою жизнь.

Всех истинно благородных персонажей романа: Алексея Кемского, Алимари, Наташу, художника Берилова и других объединяет не только доброжелательность, но высоко ставящееся ими чувство долга. Оно неизменно проявляется и в свойственном всем им патриотизме, том священном чувстве, «которое навечно приковывает человека к единственному, любимому отечеству, к

своему народу».

Спустя много лет после публикации «Черной женщины», в одном из писем к В.Ганке (1847) обрусевший немец Н. И.Греч вполне определил свои патриотические устремления, отстаивая русскую самобытность и заявляя об ощущаемой неприязни к нему некоторых иноземцев «за явную и гласную привязанность

к... славянскому отечеству...».

Поэтому на войне, беззаветно служа отчизне, «одушевленный какою-то высшею силою», подает Кемский «своим товарищам и подчиненным пример блистательной храбрости», готовый «драться до последней капли». Поэтому даже Алимари, «италиянец по происхождению, католик по вероисповеданию, славянин по матери и русский по месту рождения», по-сыновьи любит свою alma mater: «Я в России родился, - говорит он, - надеюсь и умереть в России: ее слава и благородствие мне драгоценны». Поэтому-то искренне скорбит он, когда «предания и развалины священной старины, заветы родительские... - все это истребляется тлетворным влиянием эгоизма, властолюбия и алчности к золоту...». Эти настроения героев, несомненно, относятся к характерным чертам эпохи.

Положительных героев роману объединяет также чувство истинного достоинства, определяющее их щепетильность и совестливость. Совесть и бессовестность - вот что непреодолимо различает людей. Эта мысль, развитая во многочисленных столкновениях героев, тем не менее всегда заслуживает внимания читателя. Поэтому, несмотря на некоторую искусственность в сцеплении происшествий, легших в основу романа, нас не покидает сочувствие герою, что поддерживает и неослабевающее внимание к развитию романтической интриги, в изощренной занимательности которой Н. И. Греч достиг, можно сказать, высокого мастерства.

Кстати сказать, поэтика его детективно-фаетастического повествования повлияла на сказочно -фантастическую прозу его времени, давая ей примеры напряженной увлекательности фабулы.

Жизнь и приключения князя Вяземского находятся в центре романа. Образы прошлого: бурное время суворовских походов и наполеоновских войн не остается забытым. Причем, участие героев «происшествиях эпохи» закономерности: согласно уже в те годы утвердившимся представлениям, всякий достойный уважения человек должен был биться за судьбы отечества. Писатель вводит в свой роман исторические лица: Суворова, Багратиона, Наполеона и многих других. Роман доносит до читательского слуха отзвуки событий конца XVIII - первой четверти XIX века. Правда, автор не стремился сколько-нибудь полному или глубокому их изображению, и житье-бытье героев идет в романе в целом как бы само по себе. Но многие характерные явления русской общественной жизни явственно отразились в произведении Греча, и вполне реалистично. Достаточно упомянуть скитания Кемского по приемным знатных особ, галерею различных чиновных типов, отлично характеризующих рутинную петербургскую бюрократию, грязных дельцов ее, вроде бесстыдного жулика Тряпицына, или «новой» молодежи, подобной Григорию,) Платону и Кити, племянникам Кемского.

На склоне лет писатель весьма категорически высказывался об исторических произведениях: «История только тогда хороша, когда говорит сущую правду, не стесняясь угождением кому- либо, не имея никакой цели, кроме изложения дел, как они были». И все же исторические события довершали полноту картины, дополняли детективно-фантастический сюжет, и все это в целом придало роману Греча пеструю увлекательность и сделало своеобразным бестеллером 30-х годов девятнадцатого века...

7 июня 1834 года в лавке Смиридина А. С. Пушкин приобрел «Черную женщину»,.. В статье «литературные мечтания» (1835) В. Г. Белинский не раз упомянул это произведение, со свойственной ему запальчивостью и иронией отнес Н. Греча к «гениям Смирдинского периода» и в дальнейшем называл его «почтенным и знаменитым автором «Черной женщины»», явно не считая его роман заслуживающим серьезной оценки. Это понятно: в пылу литературной полемики, утверждая принципы реализма и историцизма, он не мог иначе воспринимать художественную реальность, к которой принадлежал роман Н. Греча.

И многим современникам Греча такое различие было еще недоступно, и нередко, не понимая существенной обособленности фантастики Н. Греча от элементов чудесного в «Пиковой даме» А. С. Пушкина, сравнивали «Черную женщину» с этой пушкинской повестью. Иные современники оценивали роман как первую попытку в литературе изобразить «связь человека с природой», где пружиной избрано «чудесно- естественное, хотя и необъяснимое пока», как сочинение, в котором автор сумел «верно живописать внутреннюю работу духа в извечной борьбе между добром и злом, на пути к личному совершенствованию».

Между тем, через какое-то время В. Г. Белинский вновь коснулся творчества Н. Греча и признал, что «Черная женщина» «читается скоро и с удовольствием», причем ее отличает «прекрасный рассказ, многие удачно и верно схваченные черты с общества и времени, множество дельных мыслей, замечаний, местами даже теплота рассказа - все это делает то, что «роман читается»». Думается, что современный читатель, даже и вооруженный критической мыслью, не без интереса прочтет это произведение...

Среди многих книг пушкинской библиотеки есть небольшой томик: «Две повести Н. Коншина Спб. 1833 (Из его записок о Финляндии)». На форзаце написано: «Александру Сергеевичу Пушкину от автора». Листы книги разрезаны: видимо, она была прочитана поэтом... 22 декабря 1836 года в письме Коншину, получившему при содействии Пушкина место директора училищ Тверской губернии, поэт, в частности, писал: «...Заняв место Лажечникова, не займетесь ли вы, по примеру вашего предшественника, и романами. А куда бы хорошо!». Трудно с должной степенью достоверности утверждать, читал ли Пушкин роман Н. Коншина «Граф Обоянский...» Но его совет свидетельствует не только о желании сподвигнуть своего знакомца на создание исторических произведений, а предполагает у автора способность исполнить данный совет.

Николай Михайлович Коншин (1739-1859) не обладал большим художественным дарованием, но его литературные труды были замечены современниками. Вместе с тем, как отмечал его биограф замечательны «самые перепетии его жизни - влюбчивый, легкомысленный офицер-игрок превращается в страстного любителя словесности и усердного ее работника, потом в чиновника, наконец в серьезного педагога, которому поручено руководить сперва низшим, а потом и высшим учебными заведениями. Будучи тесно знаком с Е. А. Боратынским, он вошел в число членов так называемого пушкинского кружка, коротко знал А. А. Дельвига, Е. Ф.Розена, в. А. Эртеля и других, становится в 1821 году действительным членом Вольного общества любителей российской словесности. Коншин печатал немногие свои стихотворения в «Благонамеренном», «Соревнователе просвещения и благотворения», «Новостях литературы», «Невском альманахе», «Русском инвалиде» и других изданиях. В 1830 году он выступил как издатель альманаха «Царское Село», в который вошли стихотворения А. С. Пушкина, А. А. Дельвига, Е. А. Воротынского, Ф. Н. Глинки и, наконец самого Коншина.

Он был заметным участником литературной жизни 20-30-х годов, известен не только как поэт, но и как переводчик. Так, в 1822-1823 годах Коншин опубликовал в «Соревнователе просвещения» два отрывка из «Истории Карла V» историка Вильяма Робертсона: первый - об отречении от престола и смерти короля, второй - об ордене иезуитов. Позже он публикует в том же журнале речь Мирабо о французском языке и пр.

Литературная деятельность не прерывала военной и цивильной карьеры писателя. Будучи еще в 1811 году произведен в прапорщики полевой артиллерии,; он участвовал в компании 1812 года, затем в 1814 году - во вступлении союзных войск в Париж. После недолгой отставки - Коншин вновь в армии, где, как уже было сказано, служил ротным командиром в Финляндии.

С 1824 года - он асессор, чиновник особых поручений при Костромской казенной палате, и с тех пор до конца дней служит в разных учреждениях, сначала правителем Царскосельского дворцового правления, а затем в Твери, Ярославле, и выходит в отставку в 1856 году в чине действительного статского советника.

Спустя три года, однако он вновь получил назначение. В июне 1859 года направился по месту службы главным инспектором училищ Западной Сибири. Но принять должность Коншин не смог: выехав из Петербурга больным или простудившись по дороге, он долго болел и 31 октября 1859 года скончался в Омске.

Коншин, как и его современники, «посетил сей мир в его минуты роковые» (Ф. Тютчев). Ор встретил Отечественную войну 1812 года офицером конной артиллерии. Ему не суждено было принять участия в сражении под Бородином: из-за внезапной болезни (сильное отравление) он был отправлен в тыл. Но первые месяцы войны были полны многих испытаний и обогатили молодого офицера массой новых впечатлений, главное из которых - новое настроение в армии, выступавшей в поход против супостата - завоевателя. Свои воспоминания Н. Коншин с чистосердечной признательностью, откровенностью и удивительной простотой изложил затем в записках 1812 годе.

Участие в историческом походе в Европу начинается для писателя весною 1814 года, когда вместе со своей батареей он попадает в Варшаву, а затем - в Краков и Шклов. Здесь знакомится Коншин с учителем французского языка в Шкловском корпусе протоиреем Александром Старинкевичем, человеком «замечательного ума и скромности», обладателем отборной библиотеки «на всех языках». Под его влиянием «Коншин сильно увлекается чтением». Не исключено, что исторические сочинения уже в это время начинают занимать его. Упомянутые ранее переводы были, конечно, только началом его приобщения к истории. Между тем следуют поездки по делам службы в Вильно, Лифляндию, Петербург, затем перевод (1816) в Молдавскую армию, возвращение в столицу, служба в Финляндии. Из всего извлекал он массу новых сведений. Его пристальная наблюдательность помогла заметить и запомнить немало колоритных фигур, картин местного быта, ярких эпизодов походной жизни, и это служило ^источником его будущих сочинений. Но литературные понятия Коншина все еще тяготели к сентиментальным принципам времен Карамзина.

Через год после публикации «Двух повестей» Н. Коншин выпускает свой роман из русской истории «Граф Обоянский, или Смоленск в 1812 году. Рассказы инвалида» (1834).! Появись это произведение десятком лет раньше - оно, наверно, стало бы литературным событием. Но после «Рославлева...» и «Юрия Милославского...» М. Загоскина и многих других, роман Коншина казался в художественном отношении слабым подражанием пройденному, хотя и содержал ряд интересных эпизодов, а также яркий бытовой материал, основанный, несомненно, на личных впечатлениях, наконец, образы некоторых известных участников Отечественной войны, например Дениса Давыдова, изображенного под именем Дениса Свислоча.

Однако события, связанные с врйной 1812 года, составляют меньшую часть содержания романа. Основа его сюжета - история графа Обоянского и помещика Богуслава.

Жизнь героев, излагаемая зачастую с романтической наивностью и условностью, вызывает тем не менее понимание и сочувствие к повествованию, отнюдь не лишенному исторического и психологического интереса.

Категоричная оценка романа В. Г. Белинским была для Н. Коншина непоправимым ударом. С тех пор он не пытался писать романы. Однако отечественная история продолжает увлекать его. Постоянно ведя исторические разыскания, он публикует статью «Взгляд на древнюю Тверь» и затем полностью погружается в исторические исследования, находит в Новгороде новый список Домостроя, готовит труды «Боярин М. Б. Шеин», «Нечто о царе

Борисе Годунове», «Еретики XVII века» и другие исследования. Многие его работы так и остались в рукописи..

Три старинных русских романа - это лишь малая часть огромного континента русской массовой беллетристики 20-30-х годов XIX века, послужившей во многих отношениях плодотворной почвой для художественного развития отечественной литературы. 1 Наша классика выросла на взлете тех идей, которые явственно звучали уже в романтической прозе. Это были идеи патриотизма, беззаветной любви к Отчизне, идеи гуманизма и утверждения неотъемлимых прав личности на свободу мысли и слова, глубокого сочувствия человеку и причастности всему миру. Яркие образцы высокой нравственности, запечатленные романтической беллетристикой, были органически восприняты писателями последующих поколений. И мы не ошибемся^ если скажем, что в духовной атмосфере, созданной романтической литературой,

сформировались Толстой и Достоевский, Лесков и Чехов и что опосредствованно ее влияние ощущается и поныне. От первых романтических произведений к вершинам русской романной классики пролегает путь развития человеческого духа во всей нашей литературе. Так вправе ли мы забывать это? И не должны ли все шире открывать читателю новые пласты нашей литературы, ее забытое достояние, ее несметные богатства?

V V t

5. «ГОРЯЧИЕ СЛЕДМ» 1812 ГОДА

Тридцатые годы - время своеобразного «мемуарного взрыва». Одна за другой выходят книг воспоминаний участников Отечественной войны - прославленных героев, известных и не слишком известных литераторов, простых «самовидцев тех или иных знаменательных событий и т.д. Одни из них были написаны еще давно, что называется, по горячим следам, и лишь теперь увидели свет, другие явились результатом многолетней работы, но все вместе составили широчайшую и многокрасочную панораму тех далеких событий, которую могли создать лишь они, «люди двенадцатого года».

Почти тридцать лет пролежали в архиве записки М. Ф. Орлова о капитуляции Парижа, которую в марте 1814 г. От лица русского командования принимал их автор, талантливый военный деятель и дипломат, блестящий писатель и ученый, будущий декабрист Михаил Федорович Орлов. Написанные в середине 1910-х гг., сразу же после окончания похода, они и сегодня поражают художнической зоркостью, глубиной мысли и блеском стиля. Вот, например, его рассуждения о национальном характере русских и французов: «Ничто не сходствует так мало с истинным французом, как настоящий русский. Эти два существа совершенно различные, сближающиеся только в двух точках: инстинктуальной сметливости ума и беспечном презрении опасности. Но и в этом они не плотно соприкасаются. Француз лучше схватывает собственно идею, ловчее ею управляет, искуснее украшает ее, более извлекает из нее остроумных выводов. Но, с другой стороны, он легко ослепляется яркостью самых блестящих предположений своих, увлекается своей склонностью к утопиям, блуждает в отвлеченных подробностях и часто пренебрегает практическими выводами или простирает далеко за надлежащие пределы логические следствия первых оснований своих. Русский, напротив, употребляет рассудок свой иначе. Горизонт его теснее, но взгляд более верен; он менее вещей усматривает вдруг, но лучше и яснее видит цель, которой хочет достигнуть... Дайте обеим нациям развить какую-нибудь идею, какое-нибудь происшествие, и вы увидите, что французская отработка разовьется прекрасными листьями, великолепными цветами, но сомневаюсь, чтобы сбор плодов превзошел или даже сравнялся с тем, какой при тех же условиях будет уметь получить русский. В отношении к храбрости воинственные добродетели обеих наций более сходны, но тем не менее различествуют между собою. Русский более твердыня, француз более уда$\ однако ж и тот и другой доказали, что когда они находятся под начальством искусного полководца, то эти качества в них не так исключительны, чтобы они не могли с успехом и славой перейти из одного в другое». Мысли эти тем более примечательны, что развивал их М. Ф. Орлов в беседах с французскими офицерами в их боевом лагере, когда выполнял свою парламентскую миссию...

В те же 1810 гг. начал писать свои военные мемуары и Денис Давыдов. «Пишу, что я видел в течении 1812, 1813 и 1814 годов и уже закончил первую часть, то есть до занятия Москвы. Занимаюсь теперь отступлением - обширное поле брани!!!», - пишет он в 1815 году. И тремя годами»позже: «В праздные часы я занимаюсь приведением в порядок Дневника моих поисков (т. е. партизанских действий) и уже почти половину написал. Там я весь: дурен ли, хорош ли, но чувства и мысли мои - все там».

Появление этих записок русский читатель, надо полагать, ждал с особым нетерпением: имя знаменитого поэта-партизана было одним из славнейших имен двенадцатого года. Молва о его подвигах шла по всей России. Громкая известность поэта-гусара, сопутствовавшая ему еще в 1800-е гг., во время Отечественной войны переросла в широчайшую славу национального героя.

Давыдов любил повторять, что он - «поэт не по рифмам и стопам, а по чувству» и прежде всего - «по залету и отважности военных действий». Это было его стилем, его «почерком», который с особым блеском; с особой яркостью проявился в Отечественной войне, когда во главе крупных партизанских отрядов он совершал дерзкие рейды по тылам наполеоновской армии и одержал целый ряд блистательных побед.

Военный талант Давыдова высоко ценили крупнейшие русские полководцы - Кутузов, Багратион, Кульнев; сам же он более всего дорожил своей славой признанного партизанского вождя, одного из главных теоретиков партизанской войны как войны прежде всего народной. В «Дневнике партизанских действий» он много говорит о тактике такой войны, о том, как важно для любого военачальника знать и понимать характер той борьбы, которую ведет народ, знать и понимать «мысль народную» (как потом, через много лет скажет Лев Толстой). Например, он рассказывает, с какой настороженностью встречали крестьяне его партизан-гусаров только потому, что те были одеты в армейскую форму и говорили не на вполне «народном» языке. «К каждому селению один из нас принужден был подъезжать и говорить жителям, что мы русские... Часто ответом нам был выстрел или пущенный с размаха топор, от ударов коих судьба спасла нас... Сколько раз я спрашивал жителей по заключении между нами мира: «Отчего вы полагали нас французами?» Каждый раз они отвечали мне: «Да вишь, родимый, это, бают, на их одёжу схожо» ». - «Да разве я не на русском языке говорю?» - «Да ведь у них всякого сбора люди!». «Тогда, - говорит Давыдов, - я на опыте узнал, что в народной войне должно не только говорить языком черни, но приноравливаться к ней и в обычаях и в одежде». И тут же прибавляет: «Но не писать слогом объявлений Ростопчина. Это оскорбляет грамотных, которые видят презрение в том, что им пишут площадным наречием, а известно, что письменные люди немалое имеют влияние над безграмотными».

При жизни Давыдова «Дневник» его печатался лишь в отрывках. Но и в отрывках он стая подлинным литературным явлением своего времени. Написанный непосредственным участником великих событий, он соединил в себе неотразимую достоверность исторического документа и замечательную выразительность художественного повествования. «Представляем военным людям судить о достоинстве этих статей, -и писал В. Г. Белинский, - что же касается до литературного, с этой стороны они - перлы нашей бедной литературы: живое изложение, доступность для всех и каждого, интерес, слог его, быстрый, живописный, простой и благородный, прекрасный, поэтический! Как прозаик, - заключает Белинский, - Давыдов имеет полное право стоять наряду с лучшими прозаиками русской литературы».

В 1836 г. вышда книга, о которой сразу же заговорили все. Это была книга Надежды Дурювой «Кавалерист-девица. Происшествие в России».

Книга не случайно имела такой подзаголовок «Происшествие в России». Написанная в жанре обычных военных мемуаров, повествуя о многочисленных походах и сражениях, участником которых был ее автор, книга Дуровой, однако, имела в виду какую-то совершенно особую цель, особую мысль, которая, по-видимому, должна была заставить читателя воспринимать повествование не просто как рассказ о походах и сражениях, а как нечто, несомненно, более значительное, более важное, имеющее отношение не только к военной жизни.

«Происшествием» была собственно жизнь Надежды Дуровой, сама ее судьба. Происшествием невиданным, неслыханным - таким, сама исключительность которого заставляла задуматься о многом.

«Происшествие» начинается с 17 сентября 1806 г., когда молодая дочь сарапульского городничего Надежда Дурова тайно покидает родительский дом и под именем Александра Соколова присоединяется к казачьему полку, идущему на Дон. Весной следующего года ее принимают в Коннопольский уланский полк, и уже в мае она участвует в боевых действиях против наполеоновских войск, проявляя незаурядную храбрость и воинское умение.

Прослужив некоторое время в одном их самых «престижных» гусарских полков (Мариупольском), куда она была определена по распоряжению царя, Дурова затем вновь перевелась в уланы, в Литовский полк, с которым в Отечественную войну прошла многотрудный путь от Немана до Бородина.

В своих многолетних походах она вела записки, нечто вроде дневника. Писательское чутье подсказало ей, что это и есть тот первостепенной важности материал, который лучше всяких беллетристических вымыслов расскажет современникам о действительной жизни, о ее важнейших нравственно-социальных проблемах. Духовный мир молодого современника, драматизм и поэзия его нравственных исканий, ставших подвигом, - вот та мысль, которая легла в основу первой ее книги. Эту особенность таланта Дуровой тонко уловил Белинский: «Боже мой, что за чудный, что за дивный феномен нравственного мира героини этих записок, с ее юношеской проказливостью, рыцарским духом... с ее глубоким поэтическим чувством, с ее грустным, тоскливым порыванием на раздолье военной жизни... И что за язык, что за слог и Девицы-кавалериста! Кажется, сам Пушкин отдал ей свое прозаическое перо, и ему-то обязана она этою мужественною твердостию и силою, этою яркою выразительностию своего слога, этою живописною увлекательностию своего рассказа, всегда полного, проникнутого какою-то скрытою мыслию».

Этою «скрытою мыслию» было, в сущности, само мироощущение писательницы, то, может быть, не вполне ясное, но никогда не покидавшее ее сознание, что сама исключительность ее судьбы - это все же во многом следствие ее одиночества, трагического одиночества в обществе, для которого она может представить какой-то интерес лишь в виде определенного «раритета»...

Эта обобщающая мысль, таящаяся в глубоком подтексте «Записок», делает их не только фактом мемуарной литературы, но и явлением гораздо более широким, художественно- масштабным. В русской художественной прозе об Отечественной войне их можно считать одним из первых и наиболее ярких образцов.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

В истории русской литературы, вероятно, не было ни одного писательского поколения, которое не проявило бы к эпохе Отечественной войны 1812 года самого живого творческого интереса и не внесло бы в разработку этой великой темы своего вкладаЛ И это естественно. Ибо каждое поколение, стремясь осознать свое место в историческом процессе, по необходимости соотносит себя с прошлым, с тем социально-историческим и нравственно -духовным опытом, который отстоял в этом прошлом и выделяет в нем какие-то новые, в особой степени значимые для себя грани.

Так, несомненно, будет и впредь, и с этой точки зрения, вероятно, все литературные поколения вполне между собою

равноправны.)

Все, кроме, пожалуй, одного - кроме того, самого первого, для которого Отечественная война была не историей, не преданием, а героической современностью, бурным и грозным сегодняшним днем. Писатели этого поколения имеют не только ту, самой историей определенную привилегию, что им выпало на долю запечатлеть великие события, свидетелями и участниками которых они были, но и ту, что для всех последующих поколений они стали «людьми двенадцатого года», то есть воплотили в себе сознание своей эпохи во всем его неповторимом своеобразии и противоречивости, во всем многоразличии его творческих проявлений. Поэтому какими бы условными, далекими от реальной исторической действительности ни казались нам картины, запечатленные, скажем, в поэзии Державина или Жуковского, Востокова или Воейкова, Милонова или Ф. Глинки, сами эти произведения будут для нас такими же живыми «документами эпохи», такими же незаменимыми источниками знаний, как и непосредственно-документальные свидетельства Давыдова и Орлова, того же Ф. Глинки и Дуровой, Лажечникова и Батюшкова. У этой литературы особое место. И - особое значение.

Список литературы

„ Сыны Отечества про... м А. Емельянов, т ОРНАТСКАЯ 1988*

„ Три старинных забытых романа! е В. Т ройский {

" фф " Л /"

МКОУ «Октябрьская СОШ»
Учебно-исследовательский проект
«Отечественная война 1812 года в произведениях искусства»

Углянских Анастасия(10 класс)

Научный руководитель:

учитель русского языка

и литературы

Цветкова Л.В.
2012г.
Тема проекта: Отечественная война 1812 года в произведениях искусства.

Цель проекта:

ознакомление с произведениями искусства об Отечественной войне 1812 года.

Задачa:

показать значимость Отечественной войны 1812 года для развития национального самосознания и искусства

2. Отечественная война 1821 года в архитектуре….4

3. Отечественная война 1812 года в живописи…….7

4. Отечественная война 1812 года в музыке………..9

5. Отечественная война 1812 года в кинематографе…11

6. Заключение…………………………………………….15

7. Литература………………………………………………..16

Отечественная война 1812 года в литературе.

«Подлинную историю России открывает

собой лишь 1812 год»

А. Герцен


Эпоха Отечественной войны 1812 года оказала огромное влияние на развитие русской национальной культуры. Патриотический подъем, охвативший все русское общество, пробудил интерес ко всему отечественному, народному, к истории. Участники войны стали настоящими героями для всей России. Война явилась началом новой эпохи, ознаменовавшейся патриотическим и нравственным подъемом нации. С этой эпохой связано начало реалистического направления в литературе и искусстве.

События «войны народной» получили достойное отражение в поэзии, прозе, изобразительном искусстве, музыке.

Подвиг народа, тема Родины, так сильно зазвучавшая тогда, вдохновляла и вдохновляет поэтов и писателей, художников и музыкантов.

Яркое и глубокое отражение Отечественная война 1812 года и ее главное событие – Бородинское сражение, получили в литературе.

Первыми патриотический подвиг воспели писатели – современники. Все они – от прославленных поэтов старшего поколения Державина и Карамзина до Пушкина и Дельвига, находившихся в 1812 году еще на школьной скамье - так или иначе обращались в своем творчестве к событиям героической поры.

Стихи тех лет проникнуты грозным дыханием войны. Поэзия призывает к единодушному отпору врагу.

«Ударьте по рукам,

Сплетитеся рука с рукою;

И верою, и правдою святою

Клянитесь друг за друга стать».

С такими пламенными словами обратился к соотечественникам поэт Востоков. Многие писатели были не только свидетелями, но и прямыми участниками военных событий – В.А. Жуковский, Ф.И. Глинка, П.А. Вяземский, В.Ф. Раевский, К.Н. Батюшков, К.Ф. Рылеев, Д.В. Давыдов.

Василий Андреевич Жуковский, например, уже на следующий день после Манифеста о создании ополчения «с пламенной душой поспешил к развевающимся знаменам русским». Во время Бородинского сражения он находился на поле битвы в рядах Московского ополчения. «Певец во стане русских воинов»- Вяземский отмечал, что это стихотворение Жуковский «вынес из Бородинской битвы»! Лучшая строфа стихотворения посвящена Михаилу Илларионовичу Кутузову.

«Мы тверды, вождь наш перешел

Путь гибели и чести!

С ним опыт, сын труда и лет!

Он бодр и с сединою;

Ему знаком победы след;

Доверенность к герою!»

Знаменитое стихотворение А.С. Пушкина «Воспоминание в Царском Селе», «Рославлев»; В.А. Жуковского «Певец во стане русских воинов»; И.А. Крылов «Волк на псарне», «Кот и повар»; М.Ю. Лермонтов «Бородино»; Л.Н. Толстой «Война и мир»; Г.П. Данилевский «Сожженная Москва» - все эти произведения посвящены подвигу нашего народа в войне 1812 года. Отечественная война всколыхнула душу народа, заставила почувствовать свое единство, национальную сопричастность к славной победе, гордость за всенародный героический подвиг. Поэты и писатели с искренностью и восхищением отозвались о подвиге россиян.

Отечественная война 1821 года в архитектуре.

Великая победа нашла отражение и в архитектуре. В память о ней русские столицы и города украсились новыми памятниками в стиле ампир.

Поздний классицизм принято называть имперским стилем или ампир. Он зародился во Франции и ориентировался на формы искусства императорского Рима. В России этот стиль утверждается после победы в войне 1812 года и способствует утверждению национальной гордости победителей через архитектурные формы. Особенностями русского ампира было сочетание симметрии, регламентированности со смелостью пространственных решений и градостроительным размахом. Декоративные элементы петербургского ампира составлялись в основном из элементов древнеримского военного снаряжения: легионерских знаков с орлами, связок копий, щитов, топоров, пучков стрел.

Чистые поля поверхности стен и узкие орнаментальные пояса подчеркивались цветом - бледно-желтым для зданий и белым для фронтонов, пилястров и других деталей архитектурного декора.

Главным выразителем идей русского ампира был архитектор Карл Росси. Он построил тринадцать площадей и двенадцать улиц в центре Петербурга. Именно он создает образ имперского города – столицы Санкт-Петербурга.

В 1829 году ансамбль Дворцовой площади был дополнен одним из первых памятников в честь победы зданием Главного штаба. Сохранив существовавшую криволинейность южной стороны площади, Росси размещает там два громадных корпуса, соединенные аркой. Благодаря упругому изгибу фасада архитектура Главного штаба приобрела ярко выраженную динамичность, что позволило композиционно сблизить Главный штаб с барочным Зимним дворцом. Достижению той же цели способствовали другие архитектурные приемы: разделение фасада штаба на два яруса, как и Зимнего; декоративность ордера; многочисленные скульптурные детали и затейливый фриз арки Главного штаба. Мастерство Росси как градостроителя особенно ярко проявилось в проектировании колоссальной арки, символизирующей триумф России в войне против наполеоновской Франции.

Росси использовал систему трех арок, с помощью которых эффектно решил трудную задачу - архитектурно оформить сильный излом улицы. При этом мощным пролетом двух параллельных арок была выражена героическая, торжествующая тема победы. Она усиливалась наличием монументальной скульптуры. У подножия арки на пьедесталах установлены горельефные композиции из воинских доспехов. На втором ярусе арки между колоннами помещены фигуры воинов, олицетворяющие разные поколения русских людей, участвовавших в Отечественной войне 1812 года. Здание украшено также рельефными изображениями летящих Слав с лавровыми венками в руках. Великолепным завершением всей этой триумфальной, полной героического пафоса композиции служит изображение колесницы Победы, выделяющейся на фоне неба и как бы парящей над городом. В центре ее – аллегорическая статуя Победы в образе крылатой женщины с эмблемой государства и лавровым венком в руках.

Огромным полукругом охватило здание Главного штаба Дворцовую площадь. Это здание-рекордсмен! Его длиннущий в 580 метров, фасад - самый длинный в Европе! Одних только окон около 4 тысяч. Немало интересного создали строители и внутри здания. Александровский завод отлил по заказу Росси 22 металлические колонны, стропила, шкафы. На грандиозной парадной лестнице установлены памятники полководцам. Для них император повелел отдать старые медные пушки. Получилось так, что пушки, гремевшие под Полтавой и на Бородинском поле, пушки, захваченные у турок, шведов, французов, стали памятниками русским полководцам: Петру I, Суворову, Кутузову. Памятник Кутузову массивный, непоколебимый и под ним фраза полководца, сказанная под Тарутином: «Теперь ни шагу далее…».

По римской традиции в честь Победы были сооружены и триумфальные арки: Невские ворота в Петербурге (архитекторы и скульпторы Демут-Малиновский, Пименов, Клодт, Токарев, Крылов) и Триумфальная арка в Москве (Витали, Тимофеев). Победе в Отечественной войне 1812 года посвящен

один из самых торжественных и величественных залов Московского Кремля - Георгиевский. (Архитекторы и скульпторы Логановский, Витали, Клодт).

В 1837 году перед Казанским собором, воздвигнутым в честь изгнания интервентов в Смутное время, появились памятники М.И. Кутузову и М.Б. Барклаю де Толи (Скульптор Орловский).

Казанский собор после Отечественной войны 1812 года стал военным мемориалом. Здесь размещались трофейные знамена и ключи от сдавшихся русским армиям городов. Сюда же привезли в июне 1813 года сердце М.И. Кутузова.

На волне патриотических настроений меняется к середине века и стиль архитектуры. Это хорошо видно на примере проектов храма Христа Спасителя, который также строился как памятник воинам, погибшим в войне 1812 года. Первый проект архитектора Витберга, победивший в конкурсе, объявленном при Александре I, был выполнен в классическом, ампирном духе, но этот проект остался неосуществленным. Второй этап конкурса был проведен уже при императоре Николае I, и его победителем стал проект Константина Тона - пятиглавый храм с золотыми куполами, как тогда говорили, в «русско-византийском стиле», который был призван выразить могущество России. Его строили с 1837 по 1889 год, в сборе средств на строительство храма принимали участие все русские люди.

Название стиля обусловлено применением характерного русского пятиглавия, использованием узких арочных окон, архитектурного декора русского и византийского происхождения. Все это подчинялось строгим пропорциям и симметрии классицизма.

Торжественное освящение храма состоялось в 1883 году. В его строительстве участвовали многие талантливые русские скульпторы, художники, инженеры, литейщики, резчики. В храме было установлено 177 мраморных досок с именами убитых и раненых офицеров, сообщалось о числе погибших солдат в каждом сражении, были увековечены и имена людей, пожертвовавших сбережения на дело победы. Величественная 100 – метровая громада храма органично вписалась в силуэт Москвы.

Отечественная война 1812 года в живописи.

Тема Отечественной войны 1812 года нашла широкое отражение и в произведениях художников. Одним из первых создает портреты героев-партизан Василисы Кожиной и Герасима Курина художник Смирнов. Его кисти принадлежит и полотно «Пожар Москвы». Удалось передать ощущение тревоги, вызвать чувства горечи и бессилия, которые возникают у каждого при виде горящего города. В 1813 году художник Волков пишет портрет Кутузова. В традициях 18 века не ставилось задачи раскрыть душевное состояние человека. Перед нами образ идеального воина, величавого и мудрого. Более жизненное изображение Кутузова принадлежит кисти Орловского. Автор не идеализирует внешность полководца: полный пожилой генерал движется на белой лошадке в сопровождении адъютантов. Перед нами печальный человек, умеющий размышлять и чувствовать. Еще один портрет Орловский посвящает герою-партизану, поэту Денису Давыдову.

В 1819 году приглашают английского художника – портретиста Доу для создания национального памятника Отечественной войны - Военной галереи Зимнего дворца. За 10 лет Доу и два его русских помощника - Поляков и Голике – написали 332 портрета русских генералов - участников Отечественной войны 1812 года и заграничных походов русской армии. Многие приезжали в Петербург, чтобы

позировать, другие посылали написанные ранее портреты, которые Доу копировал в нужном формате.

Для Военной галереи в Зимнем дворце был специально подготовлен парадный зал, потолок его был украшен декоративной росписью, на стенах в пять рядов в золоченых рамах размещены портреты. Изображений 13 человек так и не нашли, и рамы с их фамилиями затянуты зеленым шелком.

Более 300 портретов участников войны! Тем не менее художникам удалось сохранить индивидуальность каждого, подобрать точные детали и вместе с тем передать общее настроение, «воинскую отвагу начальников народных наших сил», создать своеобразный памятник эпохе.

Немецкий баталист Хесс получил заказ написать серию картин о наиболее крупных сражениях войны. Он очень добросовестно отнесся к заказу: посетил места сражений, изучил документы и свидетельства очевидцев. В ноябре 1843 года он закончил картину «Сражение при Бородине».

При общей холодности и красочности в картине заметны признаки сближения академической батальной живописи с реалистической. Это и пейзажи, написанные с натуры, и точное портретное изображение исторических лиц, которые представлены уже не откровенно позирующими, их действия и позы подчиняются реальной обстановке боя. Картины Хесса об Отечественной войне 1812 года вызывали восторг современников: «… по ним потомки увидят наше время».

Настоящим реформатором батальной живописи был Василий Васильевич Верещагин. О нем родоначальник передвижничества И.Н. Крамской сказал: «Верещагин – явление, высоко поднимающее дух русского человека».

В.В. Верещагин создал цикл работ «1812 год» , в котором он стремится показать национальный дух народа, его и героизм в борьбе с врагом. Верещагин с огромным энтузиазмом окунулся в работу: он написал книгу «Наполеон в России. 1812 год». Книга необычна. Это итог работы историка и начало работы художника. Случай в русской культуре уникальный.

Грандиозный памятник победе в войне 1812 года создает художник – баталист Рубо в 1912 году. «Бородинская битва. Панорама. Полдень 26 августа».

На огромном живописном полотне массы воюющих размещены с таким композиционным искусством, что нет ощущения их скученности, и в то же время картина не распадается на изображение отдельных эпизодов. Действия пехоты, артиллерии, кавалерии связаны между собой логикой сражения. Основным героем картины художник русского солдата, стойкого в обороне и стремительного в наступлении. Панорама находится в музее войны 1812 года в Москве на Кутузовском проспекте.

Тема войны 1812 года нашла отражение и в графике, и в политической карикатуре, и в ДПИ. Тема эта привлекает и художников

последующих поколений, и наших современников. Событие это оставило глубокий след в истории, и продолжает волновать нас, живущих сегодня.

Отечественная война 1812 года в музыке.

Героические события Отечественной войны 1812 года нашли широкое отражение не только в живописи, литературе архитектуре, но и в музыке той эпохи. Однако музыке повезло меньше других видов искусств. Далеко не все произведения дошли до нашего времени, а сохранившиеся нотные издания стали библиографической редкостью, существуя лишь в единичных экземплярах. Они хранятся в разных библиотеках Москвы и Петербурга, и знают о них только специалисты. Музыка Отечественной войны 1812 года - это, главным образом, военные песни и марши (победные - на взятие городов и траурные - на смерть героев), а также произведения, воспевающие победу, - хоры, куплеты на возвращение войск и императора и т. п. К музыке Отечественной войны относятся и программные пьесы - такие, как «Изображение объятой пламенем Москвы» Д. Штейбельта, «Сражение в Сен-Шомоне и вступление в Париж» Пачини или же «Сражение при Лейпциге» анонимного автора, - представляющие жанр так называемых музыкальных баталий. К музыкальным свидетельствам войны относится и песня Г.И. Фишера на слова В.Л. Пушкина «К нижегородским жителям в 1812 г.» («Примите нас под свой покров»), написанная в дни, когда В. Л. Пушкин в числе других жителей покинул Москву и спасался в Нижнем Новгороде. Неожиданный отзвук войны 1812 года - калмыцкая песня «Маштык бодо, или Малая лошадь, сочиненная во время кампании 1812 г. после первого сражения с французами калмыцкого войска под начальством владельца их князя Тюменя», опубликованная в «Азиатском музыкальном журнале», выходившем в Астрахани. И все эти произведения были написаны по конкретным поводам, создавались в ходе непрестанно меняющейся картины войны, отражали ее основные события и возникали сразу «по горячим следам». Можно сказать, что это была своеобразная музыкальная хроника Отечественной войны.Тема Отечественной войны 1812 г. нашла отражение и в творчестве композиторов второй половины XIX и XX в.Одно из самых известных произведений на эту тему принадлежит П.И. Чайковскому. В 1880 г. он создал симфоническую увертюру «1812 год». Издана в издательстве Юргенсона в 1882. На титульном листе партитуры Чайковский написал: «1812. Торжественная увертюра для большого оркестра. Сочинил по случаю освящения Храма Спасителя Петр Чайковский».По одним данным Премьера состоялась 8 августа 1882 года в Москве, во время Всероссийской промышленно-художественной выставки (дирижер И. К. Альтани) По другим - 22 октября 1883 года в Москве (дирижёр - М. К. Эрдмансдёрфер). Исполнялась неоднократно и имела большой успех в Москве, Смоленске, Павловске, Тифлисе, Одессе, Харькове, Праге, Берлине, Брюсселе, в том числе под управлением самого автора.В связи с 100-летним юбилеем Отечественной войны было написано несколько маршей и гимнов, торжественных хоров, среди которых «Бородино» А. Астафьева, «Песнь про Москву 1812 года» А.Чертковой, «К тени полководца» Ф. Цабеля, «Два великана» И. Буйлова, и ряд опер – «1812 год» М. Багриновского.В советское время к теме, связанной с Отечественной войной 1812 г. , обратился выдающийся композитор С. С. Прокофьев, который создал оперу «Война и мир» по одноименному роману Л. Н. Толстого. Символично, что началом работы над оперой стал 1941 год – год начала Великой Отечественной войны.Одновременно Т. Н. Хренников писал музыку к драматическому спектаклю-комедии Театра Красной Армии «Давным-давно» по пьесе А. К. Гладкова. Спектакль был поставлен в 1942 г. и имел огромный успех. Он и сегодня находится в репертуаре театра, вызывая большой интерес у современного зрителя.В 70-х годах Т. Н. Хренников продолжил работу над этой темой. В 1980 г. в Большом театре Союза ССР был поставлен его балет «Гусарская баллада» (на сюжет той же оперы Гладкова).

Отечественная война 1812 года в кинематографе.

«1812 год» (Отечественная война / Нашествие Наполеона / Бородинский бой). Режиссёры - Василий Гончаров, Александр Уральский, Ганзен Кай. 1912 г.Фильмы к столетию войны России с Францией начали одновременно два привычных соперника «Братья Пате» и «А. Ханжонков и К°». И у той, и у другой съемочной группы возникли производственные трудности. В итоге вчерашние непримиримые конкуренты объединили отснятый материал! Понятно, что цельности произведения эта акция не способствовала. В фильме оказались (и сохранились при окончательном монтаже) два Наполеона: артист А. Кнорр в материале «Пате» и В. Сережников - от Ханжонкова.«Кутузов». Режиссёр - Владимир Петров. 1944 г. Фильм охватывает события войны 1812 года и рассказывает о личности Михаила Илларионовича Кутузова, светлейшего князя Смоленского - русского полководца, фельдмаршала, ученика А. В. Суворова. В ролях: Алексей Дикий, Николай Охлопков, Серго Закариадзе, Владимир Готовцев, Н. Тимченко, Николай Рыжов, Семен Межинский, Евгений Калужский, Николай Бриллинг, Аркадий Поляков, Г. Терехов, Сергей Блинников, К. Шиловцев, Борис Чирков, Владимир Ершов, Иван Скуратов, Михаил Пуговкин. В 1946 г. фильм был удостоен Сталинской премии. «Вчера вечером я второй раз смотрел фильм «Кутузов», который Вы мне подарили. Когда я смотрел его в первый раз, он вызвал у меня большое восхищение, но, так как все в нем было на русском языке, я не мог понять точного смысла всех действий. Вчера вечером я смотрел этот фильм с английскими надписями, которые сделали понятным все, и я должен Вам сказать, что, по моему мнению, это один из самых блестящих фильмов, которые я когда-либо видел. Никогда еще борьба двух характеров не была показана с большей ясностью. Никогда еще кинокадры не запечатлевали более наглядно то, насколько важна преданность командиров и рядовых. Никогда еще русские солдаты и русский народ не были столь славно представлены британскому народу этим видом искусства. Никогда я не видел лучшего владения искусством съемки. Если бы Вы сочли целесообразным в частном порядке передать мое восхищение и благодарность тем, кто работал над этим произведением искусства и высокой морали, я был бы Вам благодарен»,- так высоко оценил этот фильм У. Черчилль в одном из писем И. В. Сталину.« Гусарская баллада». Режиссёр - Эльдар Рязанов. 1962 г. Советский художественный фильм-кинокомедия, поставленный на киностудии «Мосфильм» по пьесе Александра Гладкова «Давным-давно». Все удачно сложилось в этом киноводевиле: и знакомый сюжет, изобилующий приключениями, переодеваниями, интригами, и замечательная, использующая характерные жанровые модели - романса, баллады, гусарской песни - музыка Т. Хренникова, и звездный актерский ансамбль.« Ватерлоо». Режиссёр - Сергей Бондарчук. 1970 г. СССР, Италия. Человеку, знающему историю, не нужно объяснять слово Ватерлоо. Битва под этим городком изменила ход истории, рушила надежды либералов и тешила самолюбие консервативной Европы. Фильм начинается отречением от престола Наполеона Бонапарта во дворце Фонтенбло 6 апреля 1814 года после прихода союзных армий в Париж. В начале апреля 1815 года трехсоттысячная русская армия под командованием фельдмаршала Барклая де Толли выступила к границам Франции. Наполеон возвращается из «почётной» ссылки спустя 10 месяцев после её начала. Воспоминания о разгроме в России не оставляют французских солдат и в Ватерлоо 18 июня 1815 года, в последней, сокрушительной и бессмысленной битве. Масштабность батальных сцен удачно сочетаются здесь с филигранной игрой Стайгера и Пламмера, убедительно воссоздавших образы двух главных антиподов - Наполеона и Веллингтона. Начинается битва, удача переходит от одного полководца к другому, страшно смотреть сколько погибших солдат лежит на поле брани, кто-то из военачальников остаётся верным тактике, кто-то рвётся в бой в порыве эмоций, и тех и других не щадит смерть, непредсказуемая и страшная. Но никто не сдаётся, все бьются из последних сил …«Ватерлоо» - антивоенная картина, и это, пожалуй, одна из главных причин, заставивших меня отложить прежние замыслы и снова «взяться за оружие». (Сергей Бондарчук). «Эскадрон гусар летучих». Режиссёры - Никита Хубов, Станислав Ростоцкий. 1980г.Фильм о подвигах отважного и бесстрашного гусара и поэта Дениса Давыдова, одного из первых организаторов партизанской борьбы против наполеоновской армии в 1812 году. Он стал героем еще при жизни и буквально покорил свое поколение. Талант Давыдова воспевали Пушкин, Баратынский и Жуковский. А его отчаянная храбрость, ум и благородство достойны восхищения. В ролях: Андрей Ростоцкий, Марина Шиманская, Евгений Лебедев, Николай Еременко мл., Иван Краско, Лидия Кузнецова, Андрей Семин, Александр Карин, Александр Зимин и др.Начиная с 1915 г. было сделано несколько попыток экранизации величайшего романа Л.Н.Толстого, в том числе и в Голливуде.«Война и мир». Режиссёры Яков Протазанов и Владимир Гардин.1915 г. Первая экранизация романа «Война и мир». Роль Наташи Ростовой исполнила 34-летняя актриса и певица Ольга Преображенская. Андрей Болконский - Иван Мозжухин, Наполеон – Владимир Гардин. «Война и мир». Режиссёр - Кинг Видор. 1956 г. В 1956 году в США был выпущен фильм «Война и мир», с Одри Хепберн в роли Наташи Ростовой. Несмотря на то, что Хепберн прекрасно и органично вписывалась в роль Наташи Ростовой, фильм в прокате большого успеха не имел. Не помогла настоящая плеяда звезд, задействованных в фильме, прекрасная операторская работа и масштабность всего проекта в целом. Тем не менее, в СССР американский вариант «Войны и мира» не только прижился, но и стал довольно популярным. Об этом говорит хотя бы тот факт, что именно американская экранизация послужила толчком к созданию «Войны и мира» Сергеем Бондарчуком. «Война и мир». Режиссёр - Сергей Бондарчук. 1968 г. Один из самых грандиозных фильмов за всю историю мирового кино, в 1968 он был удостоен «Оскара», а также получил «Золотой глобус» и награды международных кинофестивалей в Венеции и в Москве. Он стал едва ли не самым дорогим фильмом в истории кино. На съемки эпопеи было затрачено 100 млн. долларов, (примерно 500 млн. долларов современными деньгами). В фильме больше 300 озвученных ролей, 120 тыс. статистов. Бондарчук не искал легких путей. Битва при Бородино стала сенсацией, фильм попал в Книгу рекордов Гиннеса, а режиссер заслужил репутацию выдающегося постановщика батальных сцен и исторических сюжетов. Сергей Бондарчук старался максимально сохранить сюжетные линии романа. И это было не слепое, механическое следование оригиналу, а вдохновенное творчество, настойчивость и изобретательность. Сергей Федорович считал, что «Война и мир» - произведение настолько совершенное и сила его воздействия на умы и сердца людей так огромна, что авторам фильма незачем было ни переосмысливать, ни переделывать его. Как всякое подлинно великое творение искусства, этот роман всегда молод, современен и интересен.«Война и мир». Телесериал Режиссёр - Роберт Дорнхельм. 2007. В достаточно затратном производстве сериала (26 миллионов евро) приняли участие Италия, Германия, Франция, Польша, Испания, США и Россия.Поскольку сериал предназначен в основном для показа на Западе, главные роли в нем играют известные европейским зрителям актеры. Нам достались роли Николая Ростова (Дмитрий Исаев), Кутузова (Владимир Ильин) и Александра I (Игорь Костолевский). Наташа Ростова французской актрисы Клеменс Поэзии - симпатичная блондинка и к тому же левша. И смотреть на то, как Наташа Ростова с гусиным пером в левой руке пишет письмо, достаточно непривычно. В роли Андрея Болконского - Алессио Бони.Сценарий писался на английском языке, на нем же играют актеры. По словам генерального продюсера канала «Россия» Сергея Шумакова, «эти очень квалифицированные кинематографисты извлекли из романа какую-то внутреннюю композицию, которая, как ядерный реактор, готова питать его веками. Страсть, предательство, обида, война - все это они достали из романа». У создателей фильма «…была миссионерская задача. Нам очень хотелось, чтобы русская литература, интерес к русскому языку и к русским сюжетам в Европе начал зарождаться заново… Мне кажется, получился очень приличного качества продукт. Хотя … это очень-очень условная экранизация Толстого. Здесь все претензии мы готовы принять. Но для современного зрителя мы сделали главное: мы постарались вернуть этот роман как живое произведение».

Заключение.

1812 год является важной вехой Российской истории. Сегодня наша страна отмечает 200-летие Отечественной войны 1812. События войны с Наполеоном оказали значительное воздействие на все сферы жизни российского общества в XIX-XX вв., продолжают оказывать влияние и в наши дни.

Литература:

1.А.Н. Боханов «История России. 19 век», учебное пособие, М,«Русское слово»,2004

2.Г.Р.Косова «Изучение вопросов культуры в школьном курсе истории СССР», М,

4. «Бородино.1812 год», к 175- летию Бородинского сражения, М., «Мысль».

5.В. В. Верещагин «Повести, очерки, воспоминания», М.«Советская Россия», 1990

6. «Художник Верещагин. Наполеон в России.1812.», Тверское агентство «Созвездие», 1993 год.

7. Г.Д. Бурдей «История России 19 века». Саратов, «Лицей», 1999 г.

8. О. Михайлов «Славный год войны народной». М., «Д. Л.», 1990 г.

Дополнительные интернет-ресурсы о войне 1812 года:

Интернет-проект: 1812

Все, что нужно знать о войне 1812 года.

Российская империя: Война 1812 года

Отечественная война 1812 года

Герои Отечественной войны 1812 года

Отечественная война 1812 года

Словари и энциклопедии на Академике: ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1812 года

Бородинское поле: Государственный Бородинский военно-исторический музей-заповедник

Общество потомков участников отечественной войны 1812 года

Российский государственный военный историко-культурный центр при правительстве Российской Федерации: 200-летие победы в Отечественной войне 1812 года

Общественный совет по содействию Государственной комиссии по подготовке к празднованию 200-летия победы России в Отечественной войне 1812 года

Сообщение на РМО учителей истории.

Обзор исторической литературы

к 200 – летию

Отечественной войны 1812 года.

учитель истории

МБОУ Краснопоймская сош.

К 200-летию победы в Отечественной войне 1812 года.

В 2012 году мы отмечаем большой юбилей – 200-летие Отечественной войны 1812 года.

19 октября 1812 года победоносная французская армия покинула Москву. Русскую столицу Наполеон занял 14 сентября , практически без боя. Он был уверен, что, потеряв город, император Александр I подпишет капитуляцию. Но надежды французов не оправдались. В Москве французская армия попала в тяжелое положение. Большинство жителей покинули город, продовольственные склады были уничтожены по приказу генерал-губернатора Ростопчина. Начались пожары, уничтожившие большую часть жилых и общественных зданий . Провианта нет. Армия превратилась в сборище мародеров. Все предложения о мире были отвергнуты. Наполеон оказался в тупике...

Так начинался великий исход из России непобедимой французской армии. Впереди у них многие версты пути до польской границы, холод русской зимы, муки голода, и беспощадные партизаны. Гений Наполеона, покорившего всю Европу и Северную Африку, не устоял перед русским народом.

Впереди нас ждет очень интересный год - год погружения в XIX век, век кавалергардов и прекрасных дам, век доблести, балов и славы. Впереди увлекательные конкурсы, обзоры книг и статей, различные мероприятия.

А пока давайте освежим в памяти или познакомимся с теми материалами, которые помогут подготовить хорошие мероприятия в школе, посвященные 200-летию победы в Отечественной войне 1812 года.

Художественная литература о войне 1812 года.

«Десять писем императора Наполеона I императрице Марии-Луизе в 1812 году во время похода в Россию и ряд сопутствующих этому обстоятельств» из цикла «Жизнь и подвиги Наполеона Бонапарта»

/ Аркадий Анатольевич Бартов // Нева. - 2006. - N 9. - С. 86-103.

Бахревский В. «Бородинское поле», ист. Роман.

/ В. Бахревский // Путеводная звезда. - 2006. - N 3. - С. 1-40, 57-95.

КургановЕ. «Шпион Его Величества», роман / Ефим Курганов, публ., вступ. сл., пер. с фр. С. Серикова // Нева. - 2005. - N 12. - С. 6-98.

« Славный год войны народной», повесть. «Кутузов», роман. К 200-летию победы в Отечественной войне 1812 года.

Методические материалы.

Гроза 1812 года [Электронный ресурс] : юбилейный проект, посвящённый 200-летию победы России в Отечественной войне 1812 года. – 2 с. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод».

Народная война [Электронный ресурс] : материал для беседы. – 3 с. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / Патриотизм, история / 1812.

Недаром помнит вся Россия про день Бородина [Электронный ресурс] : историко-литературный марафон: [список мероприятий] . – 1 с. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» .

Отечественная война 1812 года [Электронный ресурс] : методические рекомендации / Анивская ЦБС, ДБ; сост. . –Анива, 2011. – [Буклет]. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / Патриотизм, история / 1812.

Сценарии

«Богатыри эпохи сильной…» [Электронный ресурс] : Денис Васильевич Давыдов. – 6 с. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / атриотизм, история / 1812 / Д. Давыдов.

Гроза двенадцатого года [Электронный ресурс] : викторина для читателей 7-10 классов. – 2 с. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / патриотизм, история / 1812.

Зархи верности сдержали: лит. муз вечер // Читаем, учимся, играем. – 2007. – №6. – С.17-26.

«И вечной памятью двенадцатого года…» [Электронный ресурс] : викторина. – 3 с. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / Патриотизм, история / 1812.К 200-летию победы в Отечественной войне 1812 года.

Котина М. Умники и умницы: литературная игра по теме «Отечественная война 1812 года» // Литература. – 1997. – № 28 (июль). –С.1.

Норкина Л. «Кавалергарды, вы стяжали славу»: вечер мужества, славы и чести для учащихся 7-11 кл. // Читаем, учимся, играем. –2009. – №9. – С.49.

Презентации

1812 [Электронный ресурс] : [презентация, 13 слайдов]: боевой путь тихвинских ополченцев в годах. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / Патриотизм, история / 1812.

1812, война [Электронный ресурс] : [презентация, 14 слайдов]. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / Патриотизм, история / 1812. К 200-летию победы в Отечественной войне 1812 года.

Война 1812 [Электронный ресурс] : [презентация, 12 слайдов] : урок в 8 кл. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / Патриотизм, история / 1812.

Война 1812 года [Электронный ресурс] : [презентация, 17 слайдов] : урок в 8 кл. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / Патриотизм, история / 1812.

Заграничный поход русской армии [Электронный ресурс]: [презентация, 38 слайдов]. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / Патриотизм, история / 1812.

История русской армии [Электронный ресурс] : [презентация, 23 слайда]. – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / Патриотизм, история / Защитники отечества.

Кутузов [Электронный ресурс] : [презентация, 19 слайдов]. –Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / Патриотизм, история / 1812.

Историческая основа стихотворения «Бородино» [Электронный ресурс] : [презентация, 10 слайдов] : урок литературы – Режим доступа: ЭБД «Методический комод» / Патриотизм, история / 1812.

Скоро в продаже:

Барбара Хофланд
Ивановна, или Девица из Москвы

издательство "Время"
ISBN 1100-8
Роман в двух томах. Представленный читателю роман английской писательницы Барбары Хофланд (1770-1844) . Роман "Ивановна, или Девица из Москвы" - роман в письмах, и притом остросюжетный, его действие разворачивается, главным образом, в захваченной в 1812 году французскими войсками и сожженной Москве. События того времени хорошо известны читателю по отечественной литературе. Но переписка сестер Долгоруких, письма влюбленного в русскую аристократку Ивановну английского баронета Эдварда Инглби и его слуги в немалой степени пополняют наши знания о том времени и придают им новую эмоциональную окраску - тема "война и любовь" всегда актуальна.

Жан Робике
Повседневная жизнь в эпоху Наполеона

издательство "ЕврАзия"
ISBN 978
Книга французского историка Жана Робике посвящена жизни французов в правление Наполеона Бонапарта. В отличие от большинства исследований, затрагивающих в основном военную историю этой эпохи, Жана Робике интересует эволюция французского общества и стереотипы его поведения вдали от полей сражения: автор показывает те пласты жизни наполеоновской Франции, которые были лишь поверхностно затронуты военными действиями. На страницах книги представлены самые разнообразные сюжеты: высший свет, салонная жизнь, светские приемы и театры, мода и внутреннее убранство стиля ампир; повседневная жизнь солдат и офицеров Великой армии на постое, дуэли и стычки с гражданским населением; полицейская слежка за неблагонадежными лицами и борьба властей с разгулом преступности на дорогах, бесчинствами дезертиров, мародеров и грабителей. Книга Жана Робике написана живым и увлекательным языком, изобилует яркими подробностями.
Для широкого круга читателей.

Жан-Клод Дамамм
Орлы зимой. Русская кампания 1812

издательство "ЕврАзия"
ISBN -050-5
Книга французского историка Жака-Клода Дамамма представляет войну 1812 года совсем с иной, непривычной для отечественного читателя стороны - практически из-за плеча Наполеона Бонапарта. Автор книги, известный своими произведениями о солдатах Великой армии, досконально изучил повседневность огромной военной машины, летом 1812 года вторгнувшейся в пределы Российской империи. Дамамм предлагает нам проделать путь вместе с 600-тысячной французской армией от Немана до Бородино, от Малоярославца до Березины - проделать так, словно мы являемся свидетелями этого грандиозного похода. В этой исторической фреске, которая читается как роман, Жан-Клод Дамамм выводит на сцену пеструю толпу солдат, дипломатов, шпионов, политиков и государей, увлекаемых водоворотом войны и политики под руководством двух колоссов - императоров Александра и Наполеона. Привлечение общирной мемуарной литературы позволяет автору добиться на удивление реалистичного повествования.

Денис Давыдов
"Я не поэт, я - партизан, казак..."

Сочинения в стихах и прозе
издательство "Книжный Клуб 36.6"
ISBN
В сборнике представлены наиболее значительные произведения героя Отечественной войны 1812 года, одного из вдохновителей и организаторов партизанского движения в тылу наполеоновских войск Дениса Васильевича Давыдова (1784–1839). Его небольшое по объему поэтическое наследие создало ему славу одного из самых ярких поэтов Пушкинской поры, а замечательно интересные и поучительные "военные записки" и блистательные литературные портреты, и других выдающихся современников – одного из самых ярких прозаиков своего времени.

Книги в наличии
в продаже : Код 126854
Александр Дюма Бонапарт
издательство "Азбука"
ISBN 0287-3
Наполеон Бонапарт - первый император Франции, гениальный полководец и легендарный государственный деятель. Спустя десятилетие после его смерти Александр Дюма-старший, автор "Трех мушкетеров" и "Графа Монте-Кристо", написал историко-биографический роман о человеке, изменившем мир его эпохи. Дюма прослеживает жизненный путь Наполеона между двумя островами - Корсикой и Святой Елены: между солнечным краем, где тот родился, и сумрачным местом кончины в изгнании. Рассвет карьеры Бонапарта наступает в двадцать четыре года, когда он становится бригадным генералом. Следующие годы - годы восхождения новой военной и политической звезды. Триумфальные победы его армии меняют карту Европы, одна за другой страны склоняют головы перед французским лидером. Но только не Россия. Чаяния о мировом господстве рушатся в тяжелых условиях русской зимы, удача оставляет Наполеона, впереди - поражение под Ватерлоо и ссылка на далекий остров Святой Елены. Последним аккордом романа звучит завещание Наполеона Бонапарта, в котором он открывается перед читателями с неожиданной стороны.

в продаже : Код 169636
Шенкман Г.
Они родились в 1777 году

издательство "Алетейя"
ISBN -093-1
В книге рассказывается о жизни знаменитых людей России, родившихся в 1777 году. Читатель познакомится также с малоизвестными сведениями не только о их жизни, но и с окружающими их людьми, глубже вникнет в эпоху и быт первой половины XIX века. Рассчитана на массового читателя.

в продаже : Код 146112
Раковский Л.
Генералиссимус Суворов. Адмирал Ушаков. Кутузов

Полное издание в одном томе
издательство "Альфа-книга"
ISBN 0725-5
В настоящее издание вошли три знаменитых исторических романа известного русского писателя Леонтия Иосифовича Раковского, художественно ярко и с научной достоверностью повествующих о жизни и деятельности выдающихся русских военноначальников. Судьбоносные победы армии и флота под их началом изменили ход истории России в конце XVIII - начале XIX века.

в продаже : Код 174557
Савинов А.
Война 1812 года. Первая Отечественная. Путеводитель по истори России

издательство "АСТ-Пресс"

ISBN 1315-7
"Война Двенадцатого года была из тех великих войн, которые оставляют по себе долгую память и производят сильное действие на народную жизнь. Таковы бывают войны, в которых решается вопрос национальной независимости, - войны, в которых действующим лицом является не одна армия, но и народ ". , русский историк.
Первая Отечественная война, описанная и воспетая историками, литераторами, живописцами и композиторами, для нашей страны стала одним из важнейших событий XIX века. Время, когда судьба не только России, но и всего мира решалась на полях сражений. Время горестей и потерь, славы и восторга. Время героев... Каким оно было? Об этом новая книга.

в продаже : Код 165041
Мельникова Л., Подмазо А., Никитин К.
Кутузов. Спаситель России

издательство "Аст-Пресс"
ISBN 1201-3
Серия "Путеводитель по истории России"
В начале воинской службы Кутузов был дважды ранен в голову, причем практически одинаково и, как считалось, смертельно. Врачи не надеялись на исцеление, но оно чудесным образом произошло. Лечащий врач произнес пророческие слова: "Надобно думать, что судьба назначает этого человека к чему-нибудь великому". И действительно, это случилось, когда военный гений Кутузова разгромил армию Наполеона и спас Россию от порабощения. Какой же он был - полководец, не проигравший ни одного сражения, тонкий дипломат, искусно отстаивающий интересы страны, выдающийся стратег, предложивший миру новые методы ведения войны? Обо всем этом вы узнаете из нашей книги.

в продаже : Код 165030
Мельникова Л., Хорватова Е., Забабурова Н.
Александр I. Император Европы

издательство "АСТ-Пресс"
ISBN 1199-3
Серия "Путеводитель по истории России"
Обольстительный и светский, либерал и консерватор, мнительный и глубоко религиозный - личность Александра I и сейчас вызывает многие споры. Его правление началось с одного государственного переворота, а закончилось попыткой другого. Сам он мечтал изменить свою страну, а изменил мир, разгромив считавшуюся непобедимой Великую армию Наполеона. О его смерти сложили легенды, которые не опровергнуты до сих пор. Кто же он, десятый император России? Мы постарались найти ответ.

в продаже : Код 151805

Лихой гусар, герой побед, певец любви и славы

издательство "Белый Город"
ISBN 2127-3
Серия "История России"
Новое подарочное издание стихотворений и биографии знаменитого Дениса Давыдова отражает все аспекты его яркой личности: боевые подвиги, дружбу, любовь и широту русской души. Стихотворный талант и неподражаемый стиль великолепного гусара высоко ценили современники; его стихи - не только интереснейший памятник блестящей эпохи, но и произведение искусства.
Это прекрасное издание богато иллюстрировано шедеврами исторической живописи.

в продаже : Код 174517

100 великих героев 1812 года

издательство "Вече"
Серия "100 великих"
ISBN 0181-1
Отечественная война 1812 года относится к числу самых славных войн, которые вела Россия в своей многовековой истории. Память о ней священна, равно как и имена ее героев. Это Георгиевские кавалеры полководцы -Кутузов, -де-Толли, и, казачий атаман , генералы, и, полковой священник Василий Васильковский и "кавалерист-девица" Надежда Дурова, армейские партизаны и, братья Александр, Николай и Павел Тучковы, командиры полков из славного донского казачьего рода Иловайских...
О ста из них рассказывает книга военного историка и писателя А. Шишова.

в продаже : Код 71198
Барри О"Мира
Наполеон. Голос с острова Св. Елены

издательство "Захаров"
ISBN -7
Барри Эдвард О"Мира () служил в британском военно-морском флоте. Был врачом на "Беллерофоне", когда Наполеон вступил на борт этого корабля. Сопровождал императора на остров Св. Елены, где в течении трех лет был его лечащим врачом. Оказался вовлечен в конфликт между Наполеоном и губернатором острова Хадсоном Лоу, которого обвинял в бесчеловечном обращении с пленником. В 1818 году был выслан с острова. В 1822 году опубликовал воспоминания "Голос с острова Св. Елены". "Пользуясь возможностью, чтобы заявить, что, за исключением немногих незначительных и непроизвольных ошибок в "Голосе с острова Св. Елены" эта книга правдиво и верно рассказывает о том обращении, которому подвергался великий человек... я убрал несколько фактов, которые хотя и являются правдивыми, могли бы рассматриваться как преувеличения до такой степени, что люди не поверили бы им" .

в продаже : Код 100392
Наполеон, каким его знал телохранитель-оруженосец Рустам
издательство "Русская панорама"
ISBN -154-5
Исторический роман "Наполеон, каким его знал телохранитель-оруженосец Рустам" повествует о важнейших событиях в жизни императора Наполеона Бонапарта. Рассказ ведется от лица телохранителя-оруженосца Рустама Унаняна, пережившего с "гением брани" все перипетии войн и кратких периодов мира. Верный воин-гигант всегда защищал императора от кинжала и пуль, не раз спасал от смерти, бывал интимным порученцем в альковных историях. Загадка столь близких отношений Наполеона и его воина-телохранителя всегда оставалась в центре внимания историков и архивистов, и лишь теперь становятся известными подробности их взаимоотношений , важных для понимания личности великого корсиканца, императора Франции. Роман написан на основе документальных материалов, хранящихся в частных и государственных библиотеках Парижа, Брюсселя, Мюнхена , Берлина, Еревана и Москвы. Книга рассчитана на широкий круг читателей.

в продаже : Код 174553
Макарова С.
Грозная туча

издательство "Снег"
ISBN 9-40-9
Повесть талантливой детской писательницы Софьи Марковны Макаровой (), давшая название книге, посвящена событиям Отечественной войны 1812 года и ее героям, чьи подвиги давно сделались достоянием истории. К 1912 году повесть издавалась семь раз, что говорит о ее необычайной популярности. Печатало книгу издательство Альфреда Девриена (), одно из лучших в России. Рисунки и гравированные портреты к повести выполнил художник, считавшийся тогда лучшим иллюстратором, русским соперником Густава Дорэ. "Как грозная туча, нагрянул на нас Наполеон, и, как от тучи, не осталось от них и следа. И пусть эта вражья гроза заставит нас встрепенуться и полюбить еще сильнее свое отечество", - говорит один из героев повести.
Настоящее издание подготовлено к 200-летнему юбилею Отечественной войны 1812 года, содержит оригинальный текст и дополнено новыми иллюстрациями. Оформление книги выполнено в соответствии с новыми технологиями печатного производства.

Валентина Калиничева

Эпоха Отечественной войны 1812 года оказала огромное влияние на развитие как русской национальной, так и мировой культуры. События 1812 года получили достойное отражение в поэзии и прозе, музыке и изобразительном искусстве, театре и кино. Память о войне хранят музеи, архитектурные и скульптурные памятники, монеты, названия улиц и городов, мемориальные доски. И всё это неоценимое богатство мы просто обязаны передать следующим поколениям.

Именно поэтому в юбилейный год 200-летия Отечественной войны 1812 года Фондом поддержки молодых талантов им. Елены Чудаковой при поддержке Посольства России в Литве в рамках проекта «1812 год в литературе и искусстве» был подготовлен и проведён цикл мероприятий, включавший в себя:

1. экспозицию произведений литературы и искусства, посвященных этой теме, развёрнутую в большом зале Вильнюсского Дома национальных общин; выставка продлилась до 19 января 2013 г.

2. торжественный вечер открытия этой экспозиции с комментариями и концертной программой;

3. серию встреч с учениками вильнюсских школ.

4. Предполагается издание памятного буклета, посвящённого этим мероприятиям и его презентация.

Недавнее мероприятие провели председатель Фонда им. Елены Чудаковой Инесса Маковская и член Фонда, руководитель вокальной студии классической музыки "Гармония" Людмила Мальцева.

Экспозиция, открывшаяся в Доме нацобщин, разделена на 5 частей: литература, живопись, музыка, кино, архитектура и скульптура.

Писатели и поэты об Отечественной войне 1812 года

Наследие здесь богатейшее: А. С. Пушкин, М. Ю. Лермонтов, Ф. И. Тютчев, Н. А. Некрасов, Лев Толстой, Марина Цветаева, не говоря уже о К. Н. Батюшкове, В. А. Жуковском, П. А. Вяземском, М. Н. Загоскине, Д. Л. Мордовцеве, Г. П. Данилевском, Я. П. Полонском. Все они и многие другие были представлены в экспозиции.

Многие писатели были не только свидетелями, но и прямыми участниками военных событий — В.А.Жуковский, Ф.Н.Глинка, П.А.Вяземский, В.Ф.Раевский, К.Ф.Рылеев, А.С. Кайсаров, А. Ф. Воейков, С.Н. Марин, Д.В.Давыдов и многие другие.

О некоторых из них:

Из патриотических стихотворений Жуковского, навеянных 12-м годом, наибольшую популярность получил «Певец во стане русских воинов», оказывавший огромное воодушевляющее воздействие на передовую дворянскую молодежь. В «Певце» Жуковский обратился к патриарху русской поэзии Г.Р.Державину с приглашением «грянуть в струны», и семидесятилетний поэт отозвался на этот призыв «Гимном лиро-эпическим на прогнание французов из Отечества».

На события войны откликнулся и другой представитель старшего поколения, известный писатель и историк Н.М.Карамзин. После вступления союзных войск в Париж Карамзин пишет стихотворение «Освобождение Европы и слава Александра I». Он гордится русским народом, который «главы под иго не склонял», и приходит к выводу, что «победами славна лишь справедливая война».

Патриотических стихотворений тех лет известно около шестисот. Часть из них собрал В.А.Жуковский и издал в 1814 г. под названием «Собрание стихотворений, относящихся к незабвенному 1812 году».

Рвется в бой совсем еще молодой К.Ф.Рылеев, будущий декабрист. Он первым обращается к теме партизанской войны. Его «Песнь партизанская» стала народной.

В рядах русской армии сражался Ф.Н.Глинка, известный уже в то время поэт и публицист. В минуты передышки, нередко прямо на поле боя заносил он в записную книжку свои мысли и наблюдения. Так создавались «Письма русского офицера».

Слева направо: Людмила Мальцева, Жильвинас Радавичюс, Людмила Исаева, Валентина Калинчева,Инесса Маковская, Гражина Косарева и Алина Краскаускене. Фото: Аугустинас Дагялис.

Ф.Н.Глинка первым в литературе назвал войну 1812 г. Отечественной. Широко известны были также его песни и стихи на тему Отечественной войны. В связи с открытием в 1839 г. памятника на Бородинском поле Глинка создает «Очерки Бородинского сражения».

Откликнулся на события войны и знаменитый баснописец И.А.Крылов. Особую известность в народе получила басня «Волк на псарне». Все понимали, что Крылов высмеивает попытки Наполеона вступить в мирные переговоры, когда стало очевидно его опасное положение.

Мотивами войны пронизано всё творчество поэта-партизана Дениса Давыдова. Лирический герой его стихов — лихой воин-гусар, пламенный патриот, не жалеющий своей жизни ради защиты Родины. О том, как вместе с крестьянами громил врага, рассказал Давыдов в «Дневнике партизанских действий» — цикле художественных новелл.

Андрей Сергеевич Кайсаров - выдающийся ученый-филолог, профессор, героически павший на Отечественной войне 1812 года.

Его имя - в галерее воинской славы храма Христа Спасителя. С Кайсарова началась русская военная журналистика и фронтовая печать.

В 1812 Кайсаров служил в походной типографии при главной квартире армии, выпускавшей листовки и воззвания к местному населению и солдатам наполеоновской армии, газету «Россиянин» на русском и немецком языках, приказы, произведения, посвященные войне.Типография, в организации и деятельности которой Кайсаров играл важную роль, стала одним из центров публицистики 1812 года.

Марин Сергей Никифорович (17.2.1776-9.2.1813), полковник, поэт-сатирик, флигель-адъютант императора Александра I. Начал службу подпрапорщиком в Преображенском полку, где проявил склонность к литературе. Во время Отечественной войны 1812 состоял при генерале П.И. Багратионе. Приобрёл широкую известность у современников благодаря своему блестящему уму, бойким шуточным стихотворениям и пародиям. Стихи Марина расходились во множестве списков.

Хмельницкий Николай Иванович, русский драматург, государственный чиновник. В Отечественную войну 1812 года - адъютант Кутузова. В 1829 - 1837 годах - Смоленский губернатор.

В 1836 г. вышли записки героини войны Надежды Дуровой под названием «Кавалерист-девица. Происшествия в России». Рассказывая о своем участии в войне, Дурова живописно воспроизводит военный быт русской армии, дает красочные характеристики Кутузову, Ермолову и другим.

Участником войны 1812 г. является также А.С.Грибоедов. Вслед за комедией «Горе от ума» он задумывает трагедию «1812 год». К сожалению, был сделан только план и несколько набросков. Грибоедов хотел показать истинного героя войны и его горестную судьбу: вернулся, освободив родину, в прежнее рабство.

Двенадцатый год застал Пушкина на школьной скамье, в лицее. Многие свои строки и строфы Пушкин напоил, по его собственному выражению, «славою двенадцатого года».

В 1831 г. вышел роман Загоскина «Рославлев, или Русские в 1812 году». Это было первое по времени обширное художественное повествование об Отечественной войне. Участник событий 1812 г., Загоскин сумел правдиво воссоздать некоторые эпизоды войны, партизанского движения, картины провинциального быта.

В ответ на «Рославлева» Загоскина Пушкин начал писать свой роман «Рославлев». Блестяще начатый, он, к сожалению, не был закончен. В противовес загоскинской идиллизации Пушкин дал в своем романе картину, полную исторической правды.

Особое место в художественной литературе, посвященной героической странице в истории России, занимает стихотворение М.Ю.Лермонтова «Бородино» — первое художественное произведение, в котором исторически точное описание боя сочетается с высочайшим поэтическим мастерством. Впервые Лермонтов дал рассказ о Бородинском сражении от лица рядового участника, простого солдата-артиллериста.

Семь лет напряженного труда (1863—1869) посвятил Л.Н.Толстой созданию грандиозной эпопеи «Война и мир». Он изучал исторические документы, работы историков, разыскивал «сырой и жизненный материал» в письмах, записках, рассказах, совершил поездку в Бородино. Стремясь понять, какая сила поднимала на героические подвиги тысячи русских солдат в Бородинском сражении, Толстой приходит к выводу, что сила эта — патриотизм русского народа.

На события Отечественной войны откликнулся также автор широко известных в свое время исторических произведений Г.П.Данилевский, написав роман «Сожженная Москва».

Особый интерес в экспозиции представляет копия книги литератора, историка, педагога, этнографа Ф. А. Кудринского «Вильна в 1812 г.», жившего в Вильне и сотрудничавшего в газете «Виленский вестник».

Книга написана в память столетней годовщины Отечественной войны. С факсимиле Императора Александра I, Наполеона и некоторых русских генералов.

Героическая тема 1812 г. с новой силой зазвучала в годы Великой Отечественной войны. В первый же год войны была написана и напечатана повесть С.Голубова «Герасим Курин». В 1943 г. вышел в свет его роман «Багратион».

На сценах многих театров страны с успехом шли пьесы советских авторов «Фельдмаршал Кутузов» В.Соловьева, «Полководец» К.Тренева, «Петр Багратион» Г.Мдивани, «Давным-давно» А.Гладкова.

В дальнейшем также был создан ряд интересных произведений, посвященных событиям, связанным с Отечественной войной 1812 г.

В романе Л.Раковского «Кутузов» перед читателями предстает прекрасный образ великого русского полководца. В основе романа Б.Окуджавы «Свидание с Бонапартом» также события Отечественной войны 1812 года. Романтические судьбы героев тесно переплетены с истинной историей нашествия, а потом и изгнания из России наполеоновских войск.

Можно отметить также историческую хронику «Денис Давыдов» Н.Задонского, «Сынов степей донских» Д.Петрова-Бирюка, «На Старой смоленской дороге» Н.Рыленкова.

Художественные произведения, посвященные теме двенадцатого года, часть из которых представлена в экспозиции, весьма различны по своему характеру, но их историческое значение бесспорно.

1812 год в изобразительном искусстве

Война 1812 года особенно ярко отразилась в произведениях живописи и графики, архитектуры и скульптуры.

Тысячи русских и зарубежных художников, как профессионалов, так и любителей, приняли участие в создании произведений, посвященных Отечественной войне 1812 года, наиболее крупным её сражениям и ярким личностям, проявившим себя в этих битвах. Репродукции наиболее известных художников, посвятивших себя этой теме, представлены в экспозиции.

В первую очередь художников привлекали образы русских военачальников.

В 1813 г. Р.М. Волков написал парадный портрет М.И. Кутузова. Более достоверное изображение М.И. Кутузова принадлежит кисти А.О. Орловского (1813). Автор не идеализирует полководца — перед нами печальный человек, умеющий размышлять и чувствовать.

Известна значительна работа «Портрет Багратиона» художника Василия Тропинина, созданная им в 1816 году.

Другой известный художник Орест Кипренский (1782-1836), по праву названный певцом русской воинской доблести, создал романтический образ русского война в портрете гусарского полковника Давыдова (1809).

25 декабря 1826 года в присутствии императора Николая I, его семьи и ближайшего окружения состоялось официальное открытие постоянно действующей «Военной галереи» Зимнего дворца.

Создание этой галереи началось вскоре после триумфальной победы русской армии над Наполеоном. Император Александр I задумал создать в Зимнем дворце галерею, где были бы представлены портреты прославленных русских полководцев Отечественной войны 1812 года - Кутузова, Барклая-де-Толли, Багратиона, Раевского, Тучковых, Кутайсова, Дохтурова, Ермолова, Неверовского и многих других славных сынов России. Условием размещения портрета в Военной галерее было участие в боевых действиях против наполеоновских войск в 1812-1814 годах в генеральском чине, либо произведение в генералы вскоре после окончания войны за отличия, проявленные в боях.

С этой целью в 1819 г. был приглашен замечательный английский портретист Джордж Доу. За 10 лет Доу и два его русских помощника — А.В.Поляков и В.А.Голиков — написали 332 портрета русских генералов — участников Отечественной войны и заграничных походов, ставших порой единственными изображениями героев. Современников удивляла и скорость, с какой работал портретист, и схожесть изображения с натурой. Для Военной галереи в Зимнем дворце был специально подготовлен парадный зал, потолок его украшен декоративной росписью, на стенах в пять рядов в золоченых рамах размещены портреты. Более 300 портретов участников войны!

Этот художник некогда восхищал А.С. Пушкина, который в своем стихотворении «Полководец» писал:

Толпою тесною художник поместил

Сюда начальников народных наших сил,

Покрытых славою чудесного похода

И вечной памятью двенадцатого года.

В первой четверти 19 века наиболее популярен был жанр графики, позволяющий быстро и непосредственно выражать наблюдения, мысли; он был живее и свободнее живописи.

Немецкий художник-баталист и литограф А. Адам участвовал в походе на Россию в составе IV-го корпуса вице-короля Италии Евгения Богарне. На протяжении всей кампании он подробно фиксировал в рисунках и дневниковых записях ход событий, в которых, как правило, принимал непосредственное участие.

После возвращения во Францию, на основе многочисленных зарисовок, которые ему удалось сохранить несмотря на неимоверные тяготы отступления, Адам в период с 1827 по 1833 гг. литографирует их и снабжает пояснительными текстами из своего походного журнала. Альбом Адама несомненно представляет большой интерес, поскольку объективно отражает события Отечественной войны 1812 г.

События войны отражены и в рисунках баварского придворного художника, члена Академий художеств в Мюнхене, Берлине, Вене и Санкт-Петербурге Петера Гесса. В 1813 - 1815 годах он участвовал в походах против французов, его впечатления и наблюдения воплотились в ярких рисунках. Позднее художник создал ряд жанровых сцен из военной жизни эпохи 1812-1814 годов. Получив заказ написать серию картин о наиболее крупных сражениях войны 1812 г., художник В 1839 г. вместе с военными консультантами посетил места боев, которые ему предстояло изобразить. В 40-е гг. он написал 12 полотен маслом: «Сражение при Бородине», «Переправа через Березину», «Сражение при Тарутине», «Сражение под Смоленском» и др.

Христиан Вильгельм Фабер дю Фор (v. Faber du Faur) - вюртембергский генерал-майор (1839), художник-любитель. Изучал право, с 1802 г. государственный адвокат в Штуттгарте. В 1809 добровольно поступил в полк Короля. В 1812 году служил в 25-й пехотной дивизии Великой армии. С 1849 - генерал-майор.

Создал серию рисунков о походе в Россию, которая в 1827-1830 гг. была гравирована и издана под названием «Листы из моего портфеля, зарисованные на месте во время кампании в России» с подробными пояснениями к гравюрам. Альбом выдержал несколько изданий, наряду с серией рисунков А. Адама он является ценнейшим изобразительным источником о войне 1812 года. Кисти Фабер дю Фора принадлежат картины «Переход через Березину» и «Кофейня в Вильно». Ныне вся серия акварельных рисунков, посвященных походу в Россию, хранится в собрании Баварского музея армии (г. Ингольштадт, Германия).

В картинах русского живописца Василия Васильевича Верещагина проявилась истинная роль народа, рядового русского солдата в войне 1812 года. Около семнадцати лет отдал Верещагин работе над этой темой. Серия осталась незавершенной и в нынешнем виде включает в себя двадцать картин, не считая этюдов, рисунков и незаконченных композиций. Сам художник делил ее на две части. Семнадцать картин, объединенных названием «Наполеон в России», представляют основные эпизоды русской кампании, начиная от Бородинского сражения, вторжения в Москву и кончая гибелью «Великой армии» в снегах России. Сюда входят такие работы, как: «Наполеон на Бородинских высотах», «Сквозь пожар», «На морозе» и другие. Другую часть он озаглавил «Старый партизан».

Очень важно то, что в лице этого живописца тема Двенадцатого года и русская батальная школа получили всемирное признание, чему способствовал и передвижной характер его художественных выставок. Примеру Верещагина последовали многие баталисты: А.Д. Кившенко, Ф.А.Чирка, И.Ф.Прянишников, В.В.Мазуровский, Н.С.Самокиш, А.Ю. Аверьянов и др.

Одновременно с картинами художник Василий Верещагин написал и книгу о тех событиях «Наполеон в России», в которой дал оригинальную и непривычную трактовку личности французского императора.

Столетний юбилей Отечественной войны всколыхнул интерес к ее событиям. В 1912 г. непревзойденный мастер панорамной живописи Ф.А.Рубо написал лучшую из своих панорам — «Бородинская битва», где показал один из напряженных моментов сражения в полдень 26 августа (7 сентября). На огромном живописном полотне массы воюющих размещены с таким искусством, что нет ощущения их скученности, и в то же время картина не распадается на изображение отдельных эпизодов.

Память человечества об Отечественной войне 1812 г. запечатлена в архитектурных ансамблях и скульптурных памятниках: Государственный Бородинский военно-исторический музей-заповедник и Александровская колонна, триумфальные Нарвские ворота и памятник защитникам Смоленска

1812 г., памятники М. И. Кутузову и М. Б. Барклаю де Толли, П.И. Багратиону и другим героям, Храм Христа Спасителя и Триумфальная арка в Москве.

Большое число памятников было установлено к широко отмечавшемуся столетнему юбилею Отечественной войны 1812 года. Особое место среди них занимает группа памятников, сооруженных на Бородинском поле.

Огромное количество самых разных новых памятников создано по всему миру и в прошедший юбилейный год 200-летия этого события. Это архитектурно-скульптурные памятники героям войны и новый десантный катер с именем «Денис Давыдов», новые или восстановленные храмы, часовни, музеи и открытие (после реконструкции) новой экспозиции панорамы «Бородинская битва», картины и скульптуры, памятные знаки и доски, монеты и марки, новые версии спектаклей, посвящённых Отечественной войне 1812 г., и новая постановка оперы С.С.Прокофьева «Война и мир» в Музыкальном театре Станиславского и Немировича-Данченко, и многое, многое другое.

Отечественная война 1812 года в музыке

Музыке, однако, повезло меньше других видов искусств. Далеко не все произведения дошли до нашего времени, а сохранившиеся нотные издания стали редкостью, существуя лишь в единичных экземплярах.

Музыка Отечественной войны 1812 года - это, главным образом, военные песни и марши (победные - на взятие городов и траурные - на смерть героев), а также произведения, воспевающие победу, - хоры, куплеты на возвращение войск и императора и т. п. Все эти произведения были написаны по конкретным поводам, создавались в ходе непрестанно меняющейся картины войны, отражали ее основные события и возникали сразу «по горячим следам». Можно сказать, что это была своеобразная музыкальная хроника Отечественной войны. Все издания, которые можно было найти в библиотеке или в Интернете, были представлены в экспозиции.

Ценны также вокальные сочинения на стихи поэтов, которые участвовали в войне 1812 года, - Д.В.Давыдова, генерал-лейтенанта, предводителя партизанского движения, и В. А. Жуковского, вступившего в Московское ополчение в чине поручика.

Отдельного внимания заслуживают произведения Д. С. Бортнянского и А. Н. Верстовского на текст знаменитой оды В. А. Жуковского «Певец во стане русских воинов», написанной накануне Тарутинского сражения.

Участником военных действий 1812 года был и композитор А. А. Алябьев, увековечивший свое имя романсом «Соловей». Добровольно вступив в русскую армию, он прошел в её рядах путь защитника Отечества вплоть до Парижа. На военную тему А. А. Алябьевым написаны патриотические и гусарские песни. Разумеется, много внимания уделялось авторами Александру I и Наполеону.

Одним из самых знаменательных событий Отечественной войны 1812 года является Бородинское сражение. Оно запечатлено в музыкальных сочинениях разных жанров и для разных средств исполнения. Из вокальных произведений стоит отметить песню «Бородино» на слова М. Ю. Лермонтова и музыку Алексея А. Архангельского для хора с фортепиано), «Скажи-ка, дядя» (муз. Ю. Полкорая для голоса с фортепиано). В ряду инструментальной музыки значительное место занимают марши, для духового оркестра - «Бородинский марш» (муз. А.Ф. Львова, талантливого скрипача, композитора, автора русского национального гимна «Боже, царя храни»). «Бородинский марш» им написан в 1839 году по случаю сооружения памятника на Бородинском поле.

Было написано много сочинений, посвященных Москве того времени. Среди них выделяется фантазия Д.Штейбельта «Изображение объятой пламенем Москвы», написанная сразу после изгнания наполеоновских войск.

Из наиболее выдающихся оркестровых произведений можно назвать торжественную увертюру «1812 год» П. И. Чайковского. Она создавалась по случаю открытия Храма Христа Спасителя, возведение которого было посвящено 70-летию победы России в Отечественной войне 1812 года. Немало музыкальных произведений было написано в связи со 100-летним юбилеем.

Среди музыкально-сценических произведений конца XIX - начала XX века следует отметить неоконченную оперу В.С. Калинникова «В 1812 году» (был написан только пролог).

К созданию оперы «В 1812 году» композитор Василий Сергеевич Калинников (1866—1900) приступил по предложению театрального и музыкального деятеля, мецената Саввы Ивановича Мамонтова (1841—1918), написавшего либретто. Знаменитый меценат проявил себя с неожиданной стороны. Однако начав работу над оперой в 1899 году, композитор успел завершить только «Пролог». В 1901 году «Пролог» был поставлен на сцене русского частного оперного театра в Москве, основанного тем же С. И. Мамонтовым.

Либретто незаконченной Калинниковым оперы легло в основу оперы (с тем же названием в 3 действиях с прологом и эпилогом) Бориса Карловича Яновского (1875—1933), композитора, дирижера и музыкального критика. Опера «В 1812 году» была им написана к 100-летнему юбилею победы русского народа в Отечественной войне 1812 года.

Из сценической музыки 2-й половины ХХ века этой теме посвящена знаменитая опера С.С.Прокофьева «Война и мир» на либретто самого композитора и М.А.Мендельсон-Прокофьевой по одноимённому роману Л.Н.Толстого (началом работы над оперой стал 1941 год). Задуманная еще перед Великой Отечественной войной, эта опера создавалась, несомненно, как отклик композитора-патриота на грозные события военных лет уже XX века. Ни над каким другим своим произведением Сергей Сергеевич не трудился так долго и тщательно. Он посвятил опере десять лет, и все-таки не успел при жизни увидеть ее на сцене в полном варианте.

Почти одновременно с С.С.Прокофьевым Т.Н.Хренников написал музыку к спектаклю Театра Красной Армии «Давным-давно» по пьесе А.К.Гладкова. Спектакль был поставлен в 1942 году и имел большой успех. А в 1980 году в Государственном академическом Большом театре состоялась премьера балета Т.Н.Хренникова «Гусарская баллада» (либретто О.М.Виноградова на сюжет той же пьесы).

Отечественная война 1812 года в кино

Тема Отечественной войны 1812 года нашла свое отражение и в кинематографе. Одной из первых картин о войне 1812 года была историческая драма «1812 год», снятая к 100-летнему юбилею событий. Впоследствии были «Кутузов» Владимира Петрова, «Эскадрон гусар летучих» Станислава Ростоцкого, «Гусарская баллада» (муз. Т.Хренникова) и «О бедном гусаре замолвите слово» (муз. А.Петрова) Э.Рязанова и другие фильмы. Но наиболее известная и любимая всеми зрителями стала экранизация романа Льва Толстого «Война и мир» режиссера Сергея Бондарчука. Хотя это не первая попытка отечественных кинематографистов переложить для экрана бессмертную эпопею Льва Толстого, пишет Федор Раззаков в книге «Наше любимое кино… о войне». Первая была предпринята в 1915 г. режиссерами Владимиром Гардиным и Яковом Протазановым. Учитывая состояние тогдашнего кинематографа, получилась лишь экранизация отдельных отрывков романа.

Спустя сорок лет американский режиссер Кинг Видор вновь обратился к «Войне и миру», сняв двухсерийную версию с участием таких звезд Голливуда, как Одри Хепберн (Наташа Ростова), Генри Фонда (Пьер Безухов), Мела Феррера (Андрей Болконский) и др. Однако фильм не имел того успеха, на который рассчитывали его создатели.

Именно американо-итальянская киноверсия «Войны и мира», а также приближающееся 150-летие Бородинского сражения побудили советских кинематографистов снять свой вариант толстовского романа.

15 апреля 1969 г. в Лос-Анджелесе, на церемонии вручения премии «Оскар» за 1968 г., фильм «Война и мир» был удостоен награды как лучший зарубежный фильм. Он также внесен в Книгу рекордов Гиннесса за то, что в его съемках принимало участие самое большое число киностатистов — 120 тысяч человек.

Торжественный вечер открытия экспозиции состоялся 19 декабря 2012 г. в Вильнюсском Доме национальных общин. Несмотря на холодную погоду за окном, свободных мест в зале не было. Вечер вели председатель фонда им. Елены Чудаковой Инесса Маковская и руководитель вокальной студии классической музыки «Гармония» Людмила Мальцева. Они рассказали об идее мероприятия и прокомментировали представленные на выставке экспонаты. Среди выставленных книг, портретов героев Отечественной войны 1812 г., репродукций картин, нот музыкальных произведений тех лет или посвящённых им, нашлось место и для кукол в форме воинов разных родов войск Отечественной войны 1812 г. (автор - преподаватель русской начальной школы «Svaja» Залина Хуцистова).

В ходе вечера было немало музыки, помогавшей создать обстановку и настроение той эпохи. Очень трогательным было выступление детей русского детсада «Sveikuolis» (руководитель - Любовь Кольцова, музыкальный руководитель Елена Беляева). Совсем маленькие мальчики, одетые в мундирчики того времени, и девочки в бальных платьях представили собравшимся картинку бала. Сначала танцевали, пройдясь перед зрителями парами, а затем, усевшись отдохнуть, общались и беседовали словами из лермонтовского «Бородино».

Камерные произведения для флейты, скрипки, виолончели и фортепияно исполнил семейный ансамбль «Regnum musicale» (руководитель Раймонда Даунене) и Л. Мальцева. Солисты ансамбля «Гармония» Валентина Калинчева и Игорь Абетковский проникновенно исполнили произведения композитора Андрея Петрова из кинофильма «О бедном гусаре замолвите слово».

Вечер прошёл с большим успехом и завершился словами благодарности от И. Маковской всем собравшимся, проявившим интерес к столь непростой, но очень интересной теме, директору Дома национальных общин госпоже Альвиде Гедаминскене, а также всем тем, кто помогал в подготовке и проведении этого мероприятия.

Вечер вызвал большой интерес у присутствовавших преподавателей средних школ Вильнюса, которые выразили желание привести сюда своих воспитанников, чтобы провести для них не совсем обычный, но полезный и наглядный урок истории.

Встречи с учениками вильнюсских школ

И такие уроки истории состоялись уже после праздника Нового года и зимних школьных каникул. Особенно многочисленным был отряд школьников из русской школы «Senamiesčio» (около 80 человек) во главе с директором, магистром педагогических наук Людмилой Исаевой, учителями Жильвинасом Радавичюсом (магистром исторических наук, дворянином, старшим учителем неформального образования детей, автором ряда образовательных проектов для детей, подростков и взрослых), а также учителями истории - Гражиной Косаревой (учителем-методистом) и Алиной Краскаускене (старшим учителем).

Эти встречи-беседы с детьми были невероятно тёплыми. Иногда создавалось впечатление, что дети не хотят уходить. Они слушали, задавали вопросы, сами читали стихи. Очень жаль, что при встрече с первой школой не было музыки. Совсем по-другому проходили встречи, иллюстрированные музыкальным сопровождением. В этом случае школьники не так уставали, внимание и настроение были совсем другими, дети и взрослые были ближе друг другу.

Одну из групп составляли дети из литовской школы, изучающие русский язык. При общении с ними на русском языке абсолютно не чувствовалось языкового барьера. Они были раскованы, не стеснялись и с удовольствием исполнили литературный монтаж, подготовленный ими в школе, на стихи М.Ю.Лермонтова «Бородино». Все встречи завершались общим фотографированием.

Вне зависимости от настроения и самочувствия организаторов до начала встреч со школьниками, после этих встреч было ощущение, что всё это не зря, не впустую, а настроение всегда было приподнятым.

Валентина Калиничева,

член Фонда им. Елены Чудаковой


Русь былую, удалую
Ты потомству передашь,
Ты схватил её живую
Под народный карандаш.
П. Вяземский

Эпоха Отечественной войны 1812 года оказала огромное влияние на развитие национальной культуры. Патриотический подъем, охвативший все русское общество, пробудил интерес ко всему отечественному, народному, к истории России. С этой эпохой связано начало развития реалистического направления в литературе и искусстве. Под её воздействием формировалось мировоззрение А. С. Пушкина, М. И. Глинки, их современников.

События 1812 года получили достойное отражение в поэзии и прозе, музыке и изобразительном искусстве. Подвиг народа, тема Родины, так сильно зазвучавшая тогда, вдохновляли и вдохновляют поэтов, писателей, художников, музыкантов.

1. «Клятву верности сдержали»: 1812 год в русской литературе. - М. : Московский рабочий, 1987. - 477 с.
175 лет прошло со времени победы русского народа над наполеоновской армией в Отечественной войне 1812 года. Этот подвиг, храбрость, проявленная русскими солдатами в сражениях под Бородином, Тарутином, Малоярославцем, воспеты лучшими нашими писателями и поэтами.

Повествования о событиях двенадцатого года входили в литературу скромно, начиная с малых форм. Сначала это были анекдоты, непритязательные «рассказы об особенном и любопытном случае», целью которых было сообщить современникам о славных подвигах «россиян» на бранных полях Отечественной войны и сохранить эти деяния для потомства.


Художественные произведения, посвященные теме двенадцатого года, часть из которых представлена в настоящем сборнике, весьма различны по своему характеру, но их историческое значение бесспорно.

2. «России верные сыны…» : Отечественная война 1812 года в русской литературе первой половины XIX века: в 2-х т. т. 1-2. - Ленинград: Художественная литература, Ленинградское отделение, 1988. - т. 1 - 416 с., т. 2 - 510 с.
В первый том антологии «России верные сыны…» входят поэзия и проза русских писателей - участников Отечественной войны 1812 года (Ф. Глинки, К. Батюшкова, В. Жуковского и др.), их старших собратьев по перу (Г. Державина, Н. Карамзина, И. Крылова), их наследников (А. Пушкина, М. Лермонтова, А. Дельвига, Н. Языкова).

Во второй том входит проза участников войны (Ф. Глинки, Д. Давыдова, Н. Дуровой, М. Орлова и др.), повествующая о военных событиях в России, о походе русской армии по странам Европы до Парижа, о капитуляции французских войск.


Все произведения проникнуты патриотизмом, верой в победу русского народа.

3.Греч Н. Черная женщина: роман [посвящается Отечественной войне 1812 года] / Н. Греч // Три старинных романа: В 2-х кн. : Кн. 2. - М., 1990. - С. 5-318.
Роман Н. Греча «Черная женщина» воссоздает историю любви, превозмогающей все препятствия. Сложная, запутанная интрига, атмосфера таинственности, непредсказуемость сюжетных ходов роднят этот роман с современной приключенческой литературой.

4. Стихи русских поэтов, посвященные Денису Давыдову // Давыдов Д. В. Стихотворения. Проза. - М., 1987. - С. 399-441.
Денис Васильевич Давыдов (1784 - 1839) - один из крупнейших поэтов времени Жуковского - Пушкина, за которым по традиции закрепилась слава поэта-гусара, поэта-партизана. Он участвовал во всех войнах своего времени, но особенно прославился в 1812 году, в период Отечественной войны, о которой оставил интересные прозаические записки. В настоящей книге, издаваемой к 175-летию со дня Бородинского сражения, помещены стихотворения Д. В. Давыдова, его прозаические записки «1812 год», а также стихотворения русских поэтов, посвященные Давыдову.

5. Есипов В. «И вот как пишут историю!...»: [легенда о герое войны 1812 года Н. Н. Раевском и её отражение в русской литературе] // Вопросы литературы. - 2004. - № 4. - С. 254-267.
Легенда о герое Отечественной войне 1812 года генерале Николае Николаевиче Раевском до сих пор остается предметом полемики в печати. В настоящих заметках автор намерен вновь остановиться на ней - не для развенчания ее из сегодняшнего времени, а для того, чтобы попытаться проследить, как отражалась она в общественном сознании в разные периоды истории России.

6. Кремянская Н. И. Страницы мужества и славы: [к 175-летию Отечественной войны 1812 года] // Литература в школе. - 1987. - № 4. - С. 70-74.
Есть в истории русского народа события, значение которых выходит далеко за рамки своего времени. К таким событиям относится Отечественная война 1812 года, получившая широкое отражение в научной и художественной литературе и других видах искусства. Проведение в школе утренника, посвященного войне 1812 года, будет способствовать патриотическому воспитанию учащихся, расширит их знания о далеком героическом времени страны. В ходе подготовки ученики познакомятся с новыми фактами, именами героев, прочтут поэтические произведения о войне 1812 года, ранее им не знакомые.

7. Троицкий Н. А. Небываемое бывает? : Война 1812 года в изображении советских писателей // Родина. - 1994. - № 9. - С. 68-73.
В российской истории XIX века Отечественная война 1812 года величественно возвышается на фоне остальных событий, став предметом наибольшего числа не только научных, но и художественных сочинений. Традиции здесь у нас богатейшие: А. С. Пушкин, М. Ю. Лермонтов, Ф. И. Тютчев, Н. А. Некрасов, Лев Толстой, Марина Цветаева, не говоря уже о К. Н. Батюшкове, В. А. Жуковском, П. А. Вяземском, М. Н. Загоскине, Д. Л. Мордовцеве, Г. П. Данилевском, Я. П. Полонском

8. Хафизов О. Полет «России»: [ист. повесть] // Новый мир. - 2004. - № 10. - С. 8-42.

9. Шелестова З. А. «Питомец муз, питомец боя»: [о жизни и творчестве Д. Давыдова] // Литература в школе. - 2012. - № 3. - С. 14-17: ил.

10. Окуджава Б. Ш. Избранные произведения: в 2-х т. т. 1. : Романы. - М. : Современник, 1989. - С. 265-526.