Мариус иванович петипа. История жизни Балетмейстер мариус петипа

“Я считаю петербургский балет первым в мире именно потому, что в нем сохранилось то серьезное искусство, которое было утрачено за границей”.
М. Петипа

Выдающегося артиста балета и балетмейстера Мариуса Петипа Россия и Франция никак не могут поделить. И те, и другие считают его своим. И у Франции, и у России есть на это все основания. Он был такой могучей фигурой русского балета, что вторую половину 19 века называют в балете “эпохой Петипа”. Благодаря ему

русский балет считался самым лучшим в мире.

Петипа Мариус Иванович (как его называли в России, настоящее имя – Альфонс Виктор Мариус Петипа), француз по происхождению, родился в Марселе 27 февраля (11 марта) 1818 года в семье артистов балета. Его отцом был известный танцовщик Жан-Антуан Петипа (1787-1855), а мать – Викторин Грассо пользовалась известностью, как исполнительница первых ролей в трагедиях. “Служение искусству переходило тогда из поколения в поколение, – вспоминал Мариус Петипа, – и история французского театра насчитывает много театральных семей”. Семья Петипа, как и большинство ей подобных, вела кочевой образ жизни.

В 1822 году Петипа – отец получил приглашение в Брюссель, куда и переехал со всей своей семьей. Общее образование Мариус Петипа получил в брюссельской гимназии, одновременно посещая консерваторию Фетис, где он изучал сольфеджио и учился игре на скрипке. С семи лет Мариус и его старший брат Люсьен начали обучаться хореографии в классе своего отца, который противился игре детей на скрипке. “еми лет начал я обучаться танцевальному искусству в классе отца моего, переломившего о мои руки не один смычок для ознакомления меня с тайнами хореографии. Необходимость такого педагогического приема вытекала, между прочим, из того, что не чувствовал я в детстве ни малейшего влечения к этой отрасли искусства”. Но, несмотря на все упрямство, маленькому Мариусу пришлось смириться, уступив настойчивости отца и уговорам матери. В девять лет Мариус впервые появился перед публикой в балете “Танцемания” (La Dansomani), который сочинил и поставил его отец (на основе хореографии Пьера Гарделя), и сыграл в нем партию сына вельможи из Савойи.

Танцами и скрипкой Мариус Петипа занимался до августа 1830 года, пока в Брюсселе не вспыхнула революция, начавшаяся прямо во время театрального представления оперы “Фенелла, или Немая из Портичи”. Местные театры тогда прекратили свою деятельность на пятнадцать месяцев, что сказалось на творчестве семьи Петипа. Отец стал давать уроки светских танцев в брюссельских пансионах, а Люсьен и Мариус для того, чтобы их родные не голодали, зарабатывали перепиской нот. Затем, после долгого колебания, Антуан Петипа решился арендовать театр в Антверпене и дать в этом театре несколько балетных представлений, причем вся труппа состояла лишь из членов его семьи.

Так продолжалось до 1834 года, когда, после 12-летнего пребывания в Бельгии, отец Петипа получил приглашение занять место балетмейстера в Бордо (Франция). Там Мариус уже серьезно учился танцам и проходил теорию “па” у Огюста Вестриса. Занятия мальчиков хореографией не только продолжались, но становились все более серьезными и углубленными. Мариусу исполнилось 16 лет, когда он получил первый самостоятельный ангажемент. Это кажется невероятным, но в 1838 году девятнадцатилетний Петипа не только получил амплуа первого танцовщика в Нантском театре, но и стал балетмейстером. Правда, балетная труппа была невелика, и юному балетмейстеру “приходилось только сочинять танцы для опер, ставить одноактные балеты своего сочинения и придумывать балетные номера для дивертисментов”.

Мариус сочинил и поставил три балета: “Права сеньора”, “Маленькая цыганка” и “Свадьба в Нанте”. Получал начинающий артист немного, но, тем не менее, остался в Нанте на второй сезон. Правда, вскоре он получил травму на сцене, – танцуя, сломал себе голень и шесть недель пролежал в постели. Вопреки контракту, он остался без жалованья. После выздоровления Мариус оправляется с отцом в Нью-Йорк. Отец был приглашен балетмейстером, Мариус первым танцовщиком и они выступили через пять дней по прибытии в Нью-Йорк. Они были полны самых радужных надежд, которые укреплял в них их импресарио. К сожалению, поездка эта оказалась крайне неудачной, и отец с сыном “попали в руки интернационального афериста”. Почти не получив денег за состоявшиеся несколько выступлений, они вернулись во Францию.

Старший брат Мариуса, Люсьен, уже был к тому времен принят в состав балетной труппы Большой Парижской Оперы. Мариус в течение некоторого времени продолжал брать уроки хореографии, а затем удостоился чести участвовать в бенефисе прославленной французской актрисы Рашель, где танцевал с такой крупной звездой, как Карлотта Гризи. Участие в этом событии театральной жизни было таким успешным, что через несколько дней Мариуса Петипа пригласили в Бордо в качестве первого танцовщика в местном театре, считавшемся тогда одним из лучших во Франции. В Бордо Мариус провел только одиннадцать месяцев, но его имя уже стало известным, и он начал получать приглашения в различные театры Европы в качестве танцовщика и балетмейстера. В 1842 году он был приглашен в Испанию, в Королевский театр в Мадриде, где его ждал колоссальный успех. Здесь Петипа впервые познакомился с испанским танцем. Позднее, по случаю бракосочетания королевы Изабеллы, он создает одноактный балет “Кармен и ее Тореадор”. В Мадриде он поставил еще несколько своих балетов: “Жемчужина Севильи”, “Приключения дочери Мадрида”, “Цветы Греданы” и “Отъезд на бой быков”, сочинил польку, которая затем обошла весь мир.

В 1846 году, однако, Петипа был вынужден вернуться во Францию. Сам он в своих мемуарах утверждает, что причиной послужила романтическая любовная история с женой маркиза де Шатобриана, из-за которой балетмейстеру едва не пришлось драться на дуэли. Как бы то ни было, но он вернулся в Париж. И там, буквально на сцене Парижской Оперы, где Мариус Петипа вместе со своим братом Люсьеном участвовал в прощальном бенефисе Терезы Эльслер, его застало приглашение из России. Главный балетмейстер Санкт-петербургской труппы и инспектор балетов А.Титюс предлагал ему место первого танцовщика. Мариус Петипа без колебаний его принял и 29 мая 1847 года на пароходе из Гавра прибыл в Петербург.

В первом контракте с Дирекцией императорских театров Петипа брал обязательство “исполнять должность в качестве первого танцора и мимика. На сем положении обязуюсь посвящать все мои дарования и способности ко благу и пользе дирекции, и играть данные мне роли в дни и часы по назначению дирекции как при высочайшем дворе, так и на городских театрах, где будет приказано, даже на двух театрах в один день буде сие окажется нужным и вообще повиноваться всем тем распределениям, какие только дирекции заблагорассудится сделать; …не требуя за то, кроме обыкновенного, какого-либо другого вознаграждения”. Талантливый балетмейстер, которому не было еще тридцати лет, покинул родину не только потому, что в России ему предложили выгодное место. Во Франции его имя стало известным, и он мог сделать блестящую карьеру и не уезжая в чужую страну. Но вот отношение к балету в Европе его не устраивало. Он считал Россию единственной страной, где это искусство процветало и стояло на правильном пути. О европейском балете он впоследствии говорил, что там “постоянно уклоняются от настоящего серьезного искусства, переходя в танцах в какие-то клоунские упражнения. Балет – серьезное искусство, в котором должны главенствовать пластика и красота, а не всевозможные прыжки, бессмысленные кружения и поднимание ног выше головы…” Петипа определил в этом высказывании те основные принципы, которыми он всегда руководствовался в своей работе – пластика, грация и красота.

Как вспоминал о нем Николай Легат (Петипа был другом его отца), “молодой, красивый, веселый, одаренный, он сразу завоевал популярность среди артистов”. Петипа не был гениальным танцовщиком, и успех его на этом поприще был обусловлен упорными занятиями и личным обаянием. Многие отмечали, что как классический танцовщик он был намного слабее, чем как исполнитель характерных танцев. Отмечали его артистизм и прекрасные мимические способности. По всей вероятности, если бы Мариус Петипа не стал танцовщиком и балетмейстером, то драматическая сцена приобрела бы великолепного актера. По словам известной балерины и педагога Екатерины Оттовны Вазем, “темные жгучие глаза, лицо, выражающее целые гаммы переживаний и настроений, широкий, понятный, убедительный жест и глубочайшее проникновение в роль и характер изображаемого лица ставили Петипа на высоту, которой достигали очень немногие его собратья по искусству. Его игра могла в самом серьезном смысле слова волновать и потрясать зрителей”.

Однако основным полем его деятельности стала работа балетмейстера, в которой он был непревзойденным мастером. В течение полувека он фактически был главой Мариинского театра – одного из лучших балетных театров мира. В итоге Петипа стал законодателем в мире балета не только для русской сцены, но и для мировой. Определенную трудность для балетмейстера составляло его плохое знание русского языка, которым он практически так и не овладел за долгие годы пребывания в России. Правда, балетная терминология в основном базируется на французском языке. Кроме того, балетмейстер даже в пожилом возрасте предпочитал не объяснять, а показывать танцовщикам, что именно им нужно делать, пользуясь словами лишь в минимальной степени. По воспоминаниям Легата, “самые интересные моменты наступали, когда Петипа сочинял мимические сцены. Показывая каждому в отдельности его роль, он настолько увлекался, что все мы сидели, затаив дыхание, боясь упустить хоть малейшее движение этого выдающегося мима. Когда заканчивалась сцена, раздавались бурные аплодисменты, но Петипа не обращал на них внимания… Затем всю сцену повторяли заново, а Петипа наводил окончательный лоск, делая замечания отдельным исполнителям”.

Мариус приехал в Петербург на место уезжавшего в Париж первого танцовщика Гредлера, за три недели до открытия сезона. Первым спектаклем, который поставил Мариус Петипа на петербургской сцене, был балет “Пахита”, автором которого был французский балетмейстер Ж. Мазилье. Петипа должен был дебютировать в нем и выступать вместе с Андреяновой. Артистка эта была уже далеко не молода и не пользовалась особым успехом у публики, несмотря на то, что она была очень талантлива. Премьера “Пахиты” на сцене Петербургского Большого (Каменного) театра в октябре 1847 года заслужила благосклонное одобрение Николая I, и вскоре после первого представления император прислал балетмейстеру драгоценный перстень в знак признания его таланта. Балет «Пахита» сохранился в постановке Мариуса Петипа более чем на 70 лет, а некоторые фрагменты из него исполняются и поныне. В дальнейшем Петипа продолжал довольно много танцевать в балетных спектаклях, однако все больше времени стала занимать его работа балетмейстера. В том сезоне Мариус выступал еще много раз в “Пахите”, в балете “Жизель” с Андреяновой, в балете “Пери” со Смирновой. Также в Петербург был приглашен отец Петипа, в качестве профессора танцев в мужских классах школы Императорских театров.

К концу сезона был дан бенефис Мариуса Петипа, и по этому случаю он поставил новый балет “Влюбленный дьявол” (“Сатанилла”), на музыку Н. Ребера и Ф. Бенуа, в котором первую роль исполнила Андреянова. Участвовал в этом балете и его отец, исполнивший партию гувернера, в которой имел большой успех. На следующий год Петипа был командирован в Москву, чтобы поставить и там оба балета: “Пахита” и “Сатанилла”. Пока Петипа был в Москве, в Петербург приехала приглашенная туда, всемирно известная звезда Фани Эльслер. И начались репетиции балета “Эсмеральда” (музыка Ц. Пуни), в котором она исполнила главную партию, а Петипа исполнил партию Фебуса. В дальнейшем Петипа исполнял ведущие роли в балетах “Фауст” (музыка Пуни и Дж. Паниццы), “Корсар” (музыка А. Адана), а также в собственных постановках. Сочинив на рубеже 1850-х и 1860-х годов ряд одноактных спектаклей, в 1862 году он прославился постановкой “Дочери Фараона” (музыка Пуни), поразившей зрелищностью и танцевальным богатством.

Мария Сергеевна Суровщикова-Петипа в балете “Дочь фараона”

В 1862 году он официально был назначен балетмейстером Петербургских императорских театров (с 1869 – главным балетмейстером) и занимал это место до 1903 года. На сцене он обрел и супругу, женившись на танцовщице: “В 1854 году я сочетался браком с девицей Марией Суровщиковой, грациознейшей особой, которую сравнить можно было с самой Венерой”. Получив отпуск в Петербурге, семейная чета Петипа отправилась на трехмесячные гастроли в Европу. В Париже и Берлине выступления Суровщиковой – Петипа пользовались большим успехом. Однако танцовщица, обладавшая “грацией Венеры”, в семейной жизни оказалась далеко не идеальной женой: “В домашней жизни недолго могли мы ужиться с ней в мире и согласии. Несходство характеров, а может быть, и ложное самолюбие обоих скоро сделали совместную жизнь невозможной”. Супруги вынуждены были разъехаться.

Во второй раз Мариус Петипа женился на дочери известного в те годы артиста Леонидова, актрисе Любови Леонидовне Савицкой (сценический псевдоним). С тех пор, по признанию самого Петипа, он “впервые узнал, что значит семейное счастье, приятный домашний очаг”. Разница в возрасте (Мариусу Петипа было 55 лет, Любови – 19), характерах, темпераменте супругов была очень большой, однако, как писала в своих воспоминаниях их младшая дочь Вера, это не помешало им прожить вместе много лет и очень любить друг друга.

Артистическая семья была большой, и все дети Петипа связали свою судьбу с театром. Четверо его сыновей стали драматическими актерами, четверо дочерей танцевали на сцене Мариинского театра. Правда, ни одна из них не достигла высот славы, хотя все они прекрасно владели хореографической техникой. С самой талантливой из дочерей Петипа, Евгенией, связано семейное горе. В совсем еще юном возрасте эта подающая большие надежды танцовщица заболела саркомой. Ногу ей пришлось ампутировать, однако это не помогло, и девушка умерла. Мариус Петипа большое внимание уделял занятиям со своими дочерьми, но в семейном кругу проявлял значительно меньше терпения, чем в театре. Его дочери жаловались на то, что он слишком требователен к ним и упрекает за то, что они не имеют данных прославленных танцовщиц своего времени. В театре же Мариус Иванович, как его стали называть в России, помня о своей вспыльчивости, предпочитал высказываться лишь в том случае, если ему нравилась работа артиста. Если же он был недоволен, он старался просто не замечать его, а свои замечания высказывал позднее.

Перечень балетов, поставленных Мариусом Ивановичем Петипа на русской сцене, очень велик – их около 70, а оригинальных постановок – 46, не считая танцев для опер и дивертисментов. Среди самых знаменитых его балетов, ставших образцами классической хореографии – “Пахита” (1847), “Царь Кандавл” (1868), “Дон-Кихот” (1869), “Камарго” (1872), “Бабочка” (1874), “Приключения Пелея” (1876), “Баядерка” (1877), “Кипрская статуя” (1883), “Коппелия” (1884), “Тщетная предосторожность” (1885), “Талисман” (1889), “Спящая красавица” (1890), “Сильфида” (1892), “Щелкунчик” (1892), “Золушка” (1893), “Лебединое озеро” (1895), “Конек-Горбунок” (1895), “Синяя борода” (1896), “Раймонда” (1898), “Волшебное зеркало” (1903) и множество других. Практически все они имели оглушительный успех.

Балеты Петипа выгодно отличались от тех, что создавались в те годы на французской и итальянской сцене. Они отнюдь не были собранием танцевальных номеров, сцементированных выступлениями кордебалета. В каждом балете Мариуса Петипа был четкий сюжет, которому подчинялось все действие. Именно сюжет связывал сольные партии, пантомиму и танцы кордебалета в единое целое. Поэтому все эти хореографические приемы выглядят в балетах Петипа не отдельными номерами, а органично связаны друг с другом. Правда, впоследствии молодые балетмейстеры упрекали Петипа в том, что он слишком большое значение придавал пантомиме, которую чаще всего использовал как связующее звено, однако такова была тенденция его времени.

Лучшей своей работой Петипа считал балет “Спящая красавица”, в котором в наибольшей степени сумел воплотить стремление к симфонизму в балете. И сама структура балета строилась по симфоническому принципу четкой организованности всех частей и соответствия их друг другу, взаимодействия и взаимопроникновения. Содружество с Чайковским во многом помогло этому. Сам композитор утверждал: “Ведь балет та же симфония”. А сказочный сюжет давал балетмейстеру возможность поставить на сцене широкое, феерически красивое действие, волшебное и торжественное одновременно.

Сцена из балета “Спящая красавица”, Мариинский театр, реконструкция спектакля Мариуса Петипа

Успех и сценическая долговечность балетов Петипа были обусловлены его подходом к их постановке. Он считал, что техника имеет огромное значение для балета, однако не является основной целью артиста. Виртуозность исполнения должна сочетаться с образностью и артистизмом, правильным осознанием танцовщиком сути своей роли. Интересно, что личные симпатии и антипатии никогда не влияли на работу балетмейстера. Если ему не нравился какой-либо артист, однако он был наилучшим исполнителем той или иной роли, Петипа без малейших колебаний отдавал ему партию, с удовольствием смотрел на исполнение ее на сцене, но после окончания спектакля отворачивался от исполнителя и отходил в сторону. Несмотря на такую откровенную демонстрацию неприязни, каждый танцовщик или танцовщица всегда могли быть уверены в объективной оценке их профессиональных качеств.

Постановки Петипа пользовались таким успехом не только потому, что он был прекрасным балетмейстером, в совершенстве владеющим всеми тонкостями хореографических композиций. Француз по происхождению, Мариус Петипа сумел проникнуться духом русского танца, который он ценил превыше всего, что было создано в Европе. “Я считаю петербургский балет первым в мире именно потому, что в нем сохранилось то серьезное искусство, которое было утрачено за границей”.

О русском балете он неизменно говорил “наш балет”. Франция была страной, в которой Мариус Петипа появился на свет. Россия стала его родиной. Он принял русское подданство и иного отечества для себя не желал даже тогда, когда был отстранен от работы в театре. Русских артистов он считал лучшими в мире, говоря о том, что способность к танцу у русских просто врожденная и требует лишь тренировок и шлифовки.

Трудно говорить о какой-либо системе Петипа. Сам он не делал практически никаких теоретических обобщений своей работы, и все его записи, касающиеся балетных постановок, носят совершенно конкретный характер, касающийся композиций и танцев. Те, кто работал с ним, говорили, что Петипа всегда старался создавать хореографический рисунок, исходя из технических возможностей балерины. Причем именно балерины, а не танцовщика, поскольку постановка мужских танцев удавалась ему хуже, чем женских. Составив общий план балета, Мариус Петипа, как правило, обращался за постановкой мужских сольных танцев к другим хореографам - Иогансону, Иванову, Ширяеву, в то время как женские всегда ставил сам. Как любой человек искусства, Петипа был, конечно, честолюбив, однако ложное самолюбие не могло заставить его отказаться от обращения за помощью к коллегам в ущерб качеству балета.

С интересом и уважением относился Мариус Петипа и к поискам молодых балетмейстеров. Опровергая все обвинения в косности и консерватизме, в неприятии всего нового, он очень одобрительно отнесся к постановкам молодого Михаила Фокина, благословляя своего ученика на дальнейшее творчество. Главным для Петипа было то, что Фокин соблюдал те принципы, которых свято придерживался и сам Петипа - красота и грация.

Обладая безупречным вкусом, огромным опытом и художественным чутьем, старый балетмейстер в последние годы своей работы недаром отдал партии в своих балетах “Баядерка” и “Жизель” совсем юной Анне Павловой, несмотря на то, что на эти партии были гораздо более опытные претендентки, известные балерины. В начинающей танцовщице с несовершенной еще техникой Петипа сумел разглядеть, возможно, даже большее, чем в то время могла увидеть она сама.

Однако последние годы творчества великого балетмейстера были омрачены отношением к нему нового директора Императорских театров Теляковского. Уволить Мариуса Петипа он не мог, так как поклонником творчества артиста был император Николай II, который изъявил желание, чтобы Петипа оставался первым балетмейстером до конца жизни. Действительно, несмотря на преклонный возраст, творческие способности балетмейстера отнюдь не угасали, его ум оставался живым и ясным, а энергия и работоспособность были удивительными даже для значительно более молодых его коллег. По свидетельству Солянникова, “Петипа шел со временем в ногу, шел за растущими дарованиями, которые позволяли ему раздвигать творческие рамки и обогащать палитру спектакля свежими красками”.

Не в силах уволить балетмейстера, Теляковский стал чинить ему препятствия в постановках. Он постоянно вмешивался в творческий процесс, давая невыполнимые указания и делая некомпетентные замечания, которые, естественно, не могли оставить равнодушным Петипа. Балетная труппа поддерживала старого мастера, но конфликты с дирекцией продолжались. По воспоминаниям дочери Петипа, во время работы над постановкой балета “Волшебное зеркало” у ее отца “были большие неприятности с дирекцией”. Из-за вмешательства Теляковского в заранее продуманное оформление и освещение сцены балет получился совсем не таким, каким задумывался. Это так тяжело сказалось на Петипа, что его поразил частичный паралич. Впоследствии, когда здоровье его несколько улучшилось, он время от времени посещал театр, а артисты не забывали его и постоянно навещали любимого мастера, нередко обращаясь к нему за советами.

Несмотря на то, что последние годы его работы были омрачены этими закулисными интригами, Мариус Петипа сохранил горячую любовь в русскому балету и к России. Его мемуары заканчиваются словами: “Вспоминая свою карьеру в России, я могу сказать, что то была наисчастливейшая пора моей жизни… Да хранит Бог мою вторую родину, которую я люблю всем своим сердцем”.

Россия осталась благодарна великому мастеру. Правда, в период ниспровергания “устаревшего” балеты Мариуса Петипа подвергались множеству переделок, однако со временем новые талантливые балетмейстеры уже ставили своей задачей не переделки произведений Петипа, а их бережное, любовное восстановление в первозданном виде.

Мариус Петипа фактически закрепил и упорядочил своими работами основы классического балета, академического танца, которые до него существовали в разрозненном виде. Зрелищность и симфонизм балетов Мариуса Петипа на долгие десятилетия стали образцом для всех создателей балетных спектаклей. Балет перестал быть просто зрелищем - Петипа внес в свои спектакли драматическое, нравственное содержание. Имя Мариуса Петипа навсегда останется в истории мировой хореографии.

Балет конца девятнадцатого века часто называют эпохой Петипа. Этот хореограф создал свод правил балетного академизма. Его спектакли отличались не только мастерством композиции, стройностью хореографического ансамбля, виртуозной разработкой сольных партий – он сделал музыку одним из главных действующих лиц балета.

Мариус Петипа родился в Марселе 27 февраля (11 марта) 1818 года. Его отец, Жан-Антуан Петипа, был довольно известным французским провинциальным балетмейстером. Как раз в ту пору, когда родился младший сын, он ставил в Марселе свой первый анакреонтический балет «Рождение Венеры и Амура». Затем семья перебралась в Брюссель – там Мариус в 1831 году дебютировал в балете своего отца «Танцемания». Но сперва мальчик танцевал из-под палки. Вот как вспоминал Петипа те годы: «Семи лет начал я обучаться и танцевальному искусству в классе отца моего, переломившего о мои руки не один смычок для ознакомления меня с тайнами хореографии. Необходимость такого педагогического приема вытекала, между прочим, из того, что не чувствовал я в детстве ни малейшего влечения к этой отрасли искусства».

В шестнадцатилетнем возрасте Мариус Петипа получил свой первый самостоятельный ангажемент. В полноценную театральную жизнь в то время вступали рано, и сейчас для нас поразительным выглядит тот факт, что шестнадцатилетний юноша, почти мальчик, получил место не только первого танцовщика в Нантском театре, но и балетмейстера. Правда, балетная труппа была невелика, и юному балетмейстеру приходилось только сочинять танцы для опер, ставить одноактные балеты своего сочинения и придумывать балетные номера для дивертисментов.

В 1839 году он вместе с отцом гастролировал в Нью-Йорке. Вернувшись, совершенствовался в школе Парижской оперы, но в состав труппы не попал, уехал в Бордо, а оттуда – на три года в Испанию. Там он серьезно изучал испанские танцы и сам ставил небольшие спектакли. Потом он был вынужден спешно уехать в Париж (Петипа в мемуарах намекает, что виной тому – любовная история), а из Парижа, заключив контракт с дирекцией императорских театров, – в Санкт-Петербург.

Талантливый балетмейстер, которому не было еще тридцати лет, покинул родину не только потому, что в России ему предложили выгодное место. Во Франции его имя стало известным, и он мог сделать блестящую карьеру и не уезжая в чужую далекую страну. Но вот отношение к балету в Европе его не устраивало. О европейском балете он впоследствии говорил, что там «постоянно уклоняются от настоящего серьезного искусства, переходя в танцах в какие-то клоунские упражнения. Балет – серьезное искусство, в котором должны главенствовать пластика и красота, а не всевозможные прыжки, бессмысленные кружения и поднимание ног выше головы… Так балет падает, безусловно, падает». Петипа определил «от противного» в этом высказывании те простые основные принципы, которыми он всегда руководствовался в своей работе – пластика, грация и красота.

С первых же выступлений Петипа понравился публике и как танцовщик хорошей школы, и как пантомимный актер – нарочито эффектной и приподнятой, во вкусе того времени, игрой. Петипа не был гениальным танцовщиком, и успех его на этом поприще был обусловлен упорными занятиями и личным обаянием. Многие отмечали, что как классический танцовщик он был намного слабее, чем как исполнитель характерных танцев, а также хвалили его артистизм и прекрасные мимические способности.

В то время главным балетмейстером был Перро, и Петипа вскоре стал его учеником и помощником. Перро делился с ним знаниями и опытом, но самостоятельной работы не поручал, зато требовал, чтобы танцовщик побольше читал и ходил в музеи, набираясь знаний по истории и этнографии. Лишь в 1855 году Петипа смог поставить свой дивертисмент «Звезда Гренады», где пригодились знания в области испанского танца. Перро понемногу позволял ставить – так появились одноактные балеты «Брак во времена регентства» и «Парижский рынок».

Петипа всерьез собрался связать судьбу с российским балетом и даже женился на молодой русской танцовщице: «В 1854 году я сочетался браком с девицей Марией Суровщиковой, грациознейшей особой, которую сравнить можно было с самой Венерой». Получив отпуск в Петербурге, семейная чета Петипа отправилась на трехмесячные гастроли в Европу. Однако танцовщица, обладавшая «грацией Венеры», в семейной жизни оказалась далеко не идеальной женой: «Несходство характеров, а может быть, и ложное самолюбие обоих скоро сделали совместную жизнь невозможной», – вспоминал Петипа. Супруги вынуждены были разъехаться, но разводиться не стали – развод в то время был делом очень хлопотным.

В 1859 году в Россию приехал балетмейстер Сен-Леон. Он не считал Петипа конкурентом и нуждался в помощнике. И тут тоже хореографу было чему поучиться – тщательной подготовке спектаклей, действенному танцу. Правда, первый двухактный балет Петипа «Голубая георгина», поставленный в 1860 году, оказался неудачным, но балетмейстер вскоре стал готовиться к постановке большого спектакля. По примеру Перро он решил взять сюжет из литературного произведения – а тогда как раз все восхищались новеллой Теофиля Готье «Роман мумии». Тут пригодилась школа Перро – Петипа уже наловчился собирать исторические материалы. Что же касается танцев – он наконец дал волю фантазии. Петипа обладал способностью до мельчайших подробностей «видеть» танец и до тончайших нюансов «слышать» музыку своего будущего произведения.

Первый монументальный балет Петипа «Дочь фараона» появился в 1862 году.

Уже в первой своей большой постановке Петипа продемонстрировал блестящее владение танцевальными ансамблями, умелую группировку кордебалета и солистов. Сцена была разбита им на несколько планов, каждый из которых заполнялся группами артистов – они исполняли свои партии, сливались и вновь разъединялись. Это напоминало принцип работы композитора-симфониста, который впоследствии получил дальнейшее развитие в работе Петипа.

«Дочь фараона» была принят публикой хорошо – за отличные танцы балетмейстеру простили слабый сюжет. Но это – в Санкт-Петербурге, а когда балет был перенесен в Москву, язвительные москвичи обрушились на отсутствие драматургии. Петипа сделал выводы – и его балет «Царь Кандавл» (сюжет опять был позаимствован у Готье) имел успех в обеих российских столицах. Тогда Петипа поставил в Москве балет «Дон Кихот», и опять его хвалили за танцы и упрекали за слабость драматургической основы. Действительно – Петипа взял за основу лишь часть сюжета романа Сервантеса, относящуюся к свадьбе Базиля и Китри. Новым на балетной сцене было широкое использование испанских народных танцев – лишь партия Дульцинеи была строго выдержана в классическом духе. Петипа создал два варианта этого балета – в 1869 году он был поставлен на московской сцене, а в 1871 году на петербургской. В петербургской постановке классическому танцу была отведена уже значительно большая роль, комедийных сцен стало меньше, и весь балет принял более «блестящий» вид.

Потом был период полуудач, тоже по-своему необходимый, балетмейстер работал только над развлекательными балетами. В 1874 году он поставил для бенефиса Екатерины Вазем балет «Бабочка».

Содержание его критики называли «посредственным, бесцветным и скучным». От провала спасали хореографические находки балетмейстера – всевозможные интересные танцы и группы. Видевший спектакль старый Август Бурнонвиль, известный романтик балета, признавал мастерство Петипа, но не одобрял технические причуды хореографа, считая их данью моде, и находя в этом и других балетах «бесстыдство стиля, заимствованного у гротесковых итальянцев и нашедшего покровительство на упадочной сцене Парижской оперы». И все же в отдельных вариациях уже намечалась нотки будущих великолепных небольших танцев, вошедших в балеты Петипа в 80-90-х годах.

Лишь в 1877 году его редкий талант проявился во всю мощь – Петипа поставил «Баядерку ». Он был противником избыточной техничности и, проявляя неиссякаемую фантазию в сочетании танцевальных движений, добивался стройности и логичности как сольного, так и массового танца. Напряженное драматическое действие и яркий характер главной героини прекрасно сочетались с хореографическими разработками. «Баядерка» являла собой гармоничный синтез музыки, танца и драмы, что впоследствии было развито Петипа в его дальнейших постановках. Финальная картина балета, «Тени», до сих пор непревзойденный образец массового классического танца.

Следующий этап его творчества – это балеты, с одной стороны, «сиюминутные», с другой – удивительно танцевальные. Петипа откликнулся на Русско-турецкую войну 1877–1878 годов балетом «Роксана, краса Черногории», на экспедицию Норденшельда к Северному полюсу – балетом «Дочь снегов», на интерес общества к славянской культуре – балетом «Млада».

Как писал о нем артист Николай Легат, «его коньком были женские сольные вариации. Здесь он превосходил всех мастерством и вкусом. Петипа обладал поразительной способностью находить наиболее выгодные движения и позы для каждой танцовщицы, в результате чего созданные им композиции отличались и простотой, и грациозностью».

По воспоминаниям прославленной балерины Екатерины Гельцер, «в вариациях, так же как и в ролях, у Петипа была сквозная линия, а не только набор движений и трудностей, которые являются у некоторых балетмейстеров следствием недостатка фантазии… Петипа обладал, прежде всего, колоссальным вкусом. Танцевальные фразы у него были неразрывно слиты с музыкой и образом. Петипа всегда чувствовал стиль данной эпохи и индивидуальность актера, что являлось громадной заслугой… Своим художественным чутьем он верно воспринимал сущность индивидуальных дарований».

Но интерес публики к балету стал падать. Театральное начальство, не слишком задумываясь о причинах, решило взять пример с антрепренера Лентовского, чьи грандиозные феерии в саду «Кинь-Грусть» пользовались огромным успехом, и на сцене Мариинского театра появилась своя феерия – «Волшебные пилюли». Появилась – и с треском провалилась. Но публику все же удалось вернуть, когда начали приглашать итальянских танцовщиков-виртуозов.

Петипа был в растерянности. Он не хотел отказываться от своих балетмейстерских идей и заниматься только созданием замысловатых вариаций для заезжих виртуозок. Он даже задумывался об отставке. В результате его деятельность в Санкт-Петербурге свелась к одной новой постановке в год и к одному возобновлению какого-нибудь старого балета.

Театральное начальство, пытаясь спасти положение, решило привлечь к работе над балетами профессиональных русских композиторов. Первая попытка оказалась неудачной – это была первая редакция балета Чайковского «Лебединое озеро». Произведение, в котором не музыка составляла фон для танца, а танец должен был подчиняться музыке, ни публика, ни критики не признали «своим». Но после того как Петипа поставил балет «Весталка» на музыку одного из учеников Чайковского – Михаила Иванова, появилась надежда, что принципы симфонизма понемногу приживутся в балете.

Директор императорских театров Иван Александрович Всеволожский давно мечтал о создании грандиозного балета-феерии, который показал бы всему миру неограниченные возможности петербургского балета. У него уже был задуман сценарий по мотивам сказки «Спящая красавица». Удалось уговорить Чайковского, который после неудачи «Лебединого озера» зарекся писать балетную музыку. А Петипа был рад – ему предстояла именно такая работа, о которой он мечтал.

Чайковской потребовал от него подробный план всего балета – пришлось сочинять сценарий, в котором обозначены не только продолжительность танца в тактах и его метрический размер, но и содержание, и особые пожелания. И все равно авторам пришлось нелегко. Услышав музыку феи Сирени, Петипа был вынужден изменить первоначально задуманный рисунок танца этого персонажа.

Над танцевальными ансамблями он работал своеобразно – сделал из картона фигурки танцовщиков и танцовщиц, расставлял их на столе, передвигал, добиваясь нужного рисунка, потом зарисовывал композицию и стрелками обозначал переходы.

К началу 1890 года «Спящая красавица» была готова. На генеральной репетиции присутствовал весь двор и… ничего не понял. Вскоре после премьеры появились рецензии такого содержания: «В балет не ходят слушать симфонии, здесь нужна музыка легкая, грациозная, прозрачная, а не массивная, чуть не с лейтмотивами». Решающее слово было за рядовым зрителем, который устал от нагромождения технических сложностей. И рядовой зритель этот балет принял. Так усилиями трех человек удалось переломить ситуацию – после спада балетное искусство вновь было на подъеме.

Впереди у Петипа были новое «Лебединое озеро» и «Щелкунчик», «Раймонда », «Испытание Дамиса » и «Четыре времени года» Глазунова. Впереди было удачное и плодотворное сотрудничество с Всеволожским.

Все балеты, поставленные им за семнадцать лет директорства Всеволожского, имели успех: «Спящая красавица», «Золушка» («Сандрильона»), «Лебединое озеро», «Синяя борода», «Раймонда», «Привал кавалерии », «Пробуждение Флоры», «Четыре времени года», «Хитрость любви», «Арлекинада », «Ученицы господина Дюпре», «Дон Кихот», «Камарго», «Ненифар», «День и ночь» (поставленный по случаю коронации Александра III), «Прелестная Жемчужина» (к коронации Николая II), «Баядерка», «Капризы бабочки», «Талисман», «Приказ короля», «Кузнечик-музыкант», «Сон в летнюю ночь», «Шалости амура», «Гаарлемский тюльпан», «Щелкунчик».

В 1882 году Мария Суровщикова умерла. Мариус Петипа женился во второй раз на дочери известного в те годы артиста Леонидова, Любови Леонидовне. С тех пор, по признанию самого Петипа, он «впервые узнал, что значит семейное счастье, приятный домашний очаг».

Разница в возрасте (Мариусу Петипа было пятьдесят пять лет, Любови – девятнадцать), характерах, темпераменте супругов была очень большой, однако, как писала в своих воспоминаниях их младшая дочь Вера, «это не помешало им прожить вместе много лет и очень любить друг друга. Мать вносила в нашу нервную и напряженную театральную атмосферу струю освежающей непосредственности и увлекательного юмора». Артистическая семья была большой, и все дети Петипа связали свою судьбу с театром. Четверо его сыновей стали драматическими актерами, четыре дочери танцевали на сцене Мариинского театра. Правда, ни одна из них не достигла высот славы, хотя все они прекрасно владели хореографической техникой.

Однако последние годы творчества великого балетмейстера были омрачены отношением к нему нового директора императорских театров Теляковского. Уволить Мариуса Петипа он не мог, так как поклонником творчества артиста был император Николай II, который изъявил желание, чтобы Петипа оставался первым балетмейстером до конца жизни. Действительно, несмотря на преклонный возраст, творческие способности балетмейстера отнюдь не угасали, его ум оставался живым и ясным, а энергия и работоспособность были удивительными даже для значительно более молодых его коллег. По свидетельству Солянникова, «Петипа шел со временем в ногу, шел за растущими дарованиями, которые позволяли ему раздвигать творческие рамки и обогащать палитру спектакля свежими красками».

Не в силах уволить балетмейстера, Теляковский стал чинить ему препятствия в постановках. Он постоянно вмешивался в творческий процесс, давая невыполнимые указания и делая некомпетентные замечания, которые, естественно, не могли оставить равнодушным Петипа. Балетная труппа поддерживала старого мастера, но конфликты с дирекцией продолжались. Из-за вмешательства Теляковского в заранее продуманное оформление и освещение сцены балет получился совсем не таким, каким задумывался. Это так тяжело сказалось на Петипа, что его поразил частичный паралич. Впоследствии, когда здоровье его несколько улучшилось, он время от времени посещал театр, а артисты не забывали его и постоянно навещали любимого мастера, нередко обращаясь к нему за советами.

Д. Трускиновская

Мариус Петипа… француз, чье имя оказалось неразрывно связанным с историей русского классического балета. Влияние этого человека на балетное искусство было так велико, что конец XIX века нередко называют «эпохой Мариуса Петипа».

Будущий великий балетмейстер родился в Марселе в 1818 году в артистической семье: мать была драматической актрисой, а отец – Жан-Антуан Петипа – балетмейстером. Можно сказать, что и для Мариуса, и для его старшего брата Люсьена и сестры Викторины сценическая судьба была предрешена – хотели они того или нет. Семилетний Мариус таким желанием отнюдь не горел – как он вспоминал впоследствии, отец «сломал о его спину не один смычок». К счастью, Петипа-старший был достаточно строг и настойчив, и в 13 лет Мариус исполнил в поставленном отцом балете «Танцемания» свою первую роль – мальчика из Савойи, а три года спустя 16-летний юноша начинает работать в Нантском театре первым танцовщиком и даже… балетмейстером. Хотя труппа была небольшой, обязанностей у юного балетмейстера было немало: создание балетных номеров для дивертисментов, постановка танцевальных сцен в операх и одноактных балетов.

В последующие годы Мариус Петипа беспрестанно совершенствует свое искусство: гастроли в Америке вместе с отцом, обучение в школе Парижской оперы, три года работы в Испании, благодаря чему он смог изучить испанские танцы… И вот уже Мариус Петипа, которому нет и тридцати – весьма известный в своей стране балетмейстер, перед которым открываются блестящие перспективы… Но карьера сама по себе не интересует его – он хочет творить, достигая вершин в балете, который он воспринимает как «серьезное искусство, в котором должны главенствовать пластика и красота», а европейский балет вместо этого сосредотачивает внимание на технических приемах, которые Петипа презрительно называет «клоунскими упражнениями». Получив приглашение от российских властей, он без колебаний отправляется в Петербург, надеясь встретить в России иное отношение к балету и найти простор для своих творческих исканий.

Приехав в Петребург в 1847 году, Петипа завоевывает признание публики, выступая на сцене Большого Петербургского театра – и становится учеником и помощником Жюль-Жозеф Перро – главного балетмейстера. Тот не спешит позволять ученику работать самостоятельно и велит… изучать этнографию и историю, читая книги и посещая музеи – ведь творчество невозможно без разносторонних знаний.

И наконец в 1855 году Мариус Петипа ставит собственный дивертисмент под названием «Звезды Гренады» – вот когда пригодились впечатления и знания, полученные в Испании! Перро постепенно начинает доверять ему постановку одноактных балетов – «Парижский рынок», «Брак во времена регентства».

В 1860 году Мариус Петипа ставит свой первый балет в двух актах – «Голубая георгина». Эта постановка не стала его успехом, но неудача не заставила его опустить руки – он задумывается о новом балете, монументальном. Его внимание привлекает популярная в то время новелла французского писателя Теофиля Готье «Роман мумии». Так родился балет «Дочь фараона», поставленный в 1862 году.

В 1869 году Петипа вновь обращается к своему испанскому опыту – он пригодился при создании балета « », во многом построенном на испанских народных танцах – лишь партия Дульцинеи целиком принадлежала к области классического балета. В 1871 году для постановки в Москве Петипа все же переработал балет, усилив в нем роль классического танца и сократив комедийные сцены.

Некоторое время Петипа работает в основном над балетами развлекательного характера, критика упрекает его за «бесстыдство стиля, заимствованное у гротесковых итальянцев». Но в 1877 году он явил публике подлинный шедевр – балет « », в котором единство музыки, драматического действа и танца достигало предела. И сольный, и массовый танец отличался не только грацией, но и логичностью, придавая удивительную стройность балету в целом.

Петипа никогда не был похож на творца, изолирующегося от мира «в башне из слоновой кости» – напротив, своим творчеством он откликался на все, что происходило в общественной жизни. Началась Русско-турецкая война – он поставил балет «Роксана, краса Черногории», экспедиция Адольфа Норденшельда отправилась к Северному полюсу – создал «Дочь снегов», интеллигенция того времени интересовалась славянской культурой – появился балет «Млада». Особенно удавались Петипа сольные женские вариации, которые не были последовательностью виртуозных приемов, а являли собой сквозное развитие образа.

Тем временем популярность балета в России начинает снижаться. Выход из кризиса видится в повышении роли музыки в балете – музыки, которую напишут профессиональные композиторы. Возможно, первой удачей на этом поприще стало бы « » , если бы его ставил Мариус Петипа – но так не случилось. Больше повезло ученику Петра Ильича М. Иванову – его балет «Весталка» в постановке Петипа оказался удачным.

После неуспеха «Лебединого озера» нелегко было уговорить Чайковского на создание нового балета – но все же он взялся на сюжет, который предложил ему директор императорских театров . То была сказка «Спящая красавица». Совместная работа с Чайковским была для Мариуса Петипа сложной, но исключительно плодотворной. Премьера состоялась в 1890 году. Критика обрушилась на новое произведение, утверждая, что «в балет не ходят слушать симфонии» – но оно было принято публикой. Петипа ставил и следующий балет Петра Ильича Чайковского, тоже сопоставимый с симфонией – « ».

За те 17 лет, что Всеволжский возглавлял императорские театры, Мариус Петипа поставил немало прекрасных балетов. Наряду со «Спящей красавицей» и «Щелкунчиком» это были « », «Пробуждение Флоры» и многие другие. С приходом нового директора – Теляковского – положение балетмейстера в театре изменилось не в лучшую сторону. Возможно, Теляковский, вообще избавился бы от Мариуса Петипа, если бы к великому балетмейстеру не благоволил император, но – не имея возможности уволить его – директор постоянно мешал его работе.

В последние годы жизни – несмотря на преклонный возраст и ухудшение здоровья – Мариус Петипа регулярно посещал театр, охотно давал советы артистам.

Великий балетмейстер ушел из жизни в 1910 году. Он похоронен в Александро-Невской лавре.

Музыкальные Сезоны

В истории российского балета действительно был целый период, который называют «эпохой Петипа», однако свое становление как балетмейстер и артист балета Мариус Петипа начинал не в нашей стране. В детстве Петипа не проявлял к этому виду искусства ни малейшего интереса, несмотря на то, что родился в семье артистов балета: отец - балетмейстер Жан-Антуан Петипа , мать - драматическая актриса, старший брат Мариуса также впоследствии стал известным танцовщиком.

А в 1830 году после начала второй Французской революции, интерес к балету и искусству вообще, был потерян и у публики - более года на территории Франции не работал ни один театр. Однако, чуть позже глава семейства открывает свой собственный театр, труппа которого состояла исключительно из членов семьи Петипа, а в возрасте 19 лет Мариус Петипа становится первым танцовщиком театра во французском Нанте и ставит свои первые балеты: «Права сеньора», «Маленькая цыганка» и «Свадьба в Нанте».

Потом жизнь молодого артиста идет в ритме, свойственным артистам этого жанра: гастроли вместе с отцом в Нью-Йорке, возвращение во Франции и новая работа в театре Бордо, Королевский театр в Мадриде и Санкт-Петербург. Принял приглашение от руководства Большого театра Санкт-Петербурга Мариус Петипа без замешательств и сомнений: он считал Россию единственной страной, где развитие балета идет в правильном направлении.

Балет «Эсмеральда» в постановке Мариуса Петипа. Фото: www.globallookpress.com

Переезд в Россию

Европейский балет к тому времени подвергался влиянию смелых экспериментов, балетмейстеры все чаще привносили в хореографию невообразимые движения, а танцовщики демонстрировали разнообразные трюки. Русский балет же по-прежнему во главу ставил грацию, пластику и красоту, а потому к своей работе в нашей стране Петипа приступил с большим энтузиазмом. И надо сказать, его ожидания оправдались.

Петербургская труппа тоже довольно благожелательно приняла нового танцовщика. Мариус Петипа не был гениальным танцовщиком, хорошее исполнение классических партий обуславливалось, скорее, постоянными тренировками и желанием самосовершенствоваться. Но вот характерные роли он исполнял великолепно - его потрясающие актерские способности отмечали многие его коллеги.

Хореограф Петипа

Однако, всемирную славу Мариусу Петипа принесла его работа в качестве балетмейстера в российских театрах - именно это сделало артиста в скором времени законодателем в мире балета. В первый же год работы Петипа ставит в Большом театре Санкт-Петербурга (на то время, один из крупнейших театров северной столицы, впоследствии был перестроен, теперь это здание Консерватории) большой балет в 2 действиях «Пахита», в котором выступает и в качестве танцовщика.

На премьеру приехал император Николай I - он был настолько впечатлен и спектаклем и артистизмом Петипа, что спустя несколько дней преподнес балетмейстеру драгоценный перстень.В 1870 году он начинает работу и в Мариинском театре - одном из лучших балетных театров мира, а в 1903 году его назначают главным балетмейстером петербургских театров.

Всего же Мариус Петипа успел поставить около 70 балетов в России, причем более половины из них - это оригинальные постановки. Практически все они имели оглушительный успех и большинство спектаклей не сходили с театральных афиш несколько десятков лет. Эту популярность сам балетмейстер объяснял подходом к постановке, он считал, что каждую постановку зритель должен воспринимать как «великолепное зрелище».

Именно Петипа с его страстью к артистизму и эмоциям и искренней любовью к традиционному русскому балету, удалось сочетать в своих постановках и то, и другое: виртуозность исполнения, образность, актерскую игру. К тому же, балетмейстер очень большое внимание уделял отбору артистов для тех или иных партий, тщательно проверял их возможности, дабы найти для каждого героя «своего» танцовщика. Россия действительно стала для величайшего балетмейстера второй Родиной, об этом он писал в заключительной части своих мемуаров. Русский балет же именно благодаря Мариусу Петипа стали называть лучшим балетом в мире.

«Век Петипа» - время блистательных балетов и ярких экспериментов - навсегда останется одним из самых значимых периодов не только в русском, но и в мировом балете.

- (Petipa) (1818 1910), артист балета, балетмейстер и педагог. По происхождению француз. С 1847 в России. В 1869 1903 главный балетмейстер петербургской балетной труппы. Поставил свыше 60 балетов, лучшие из которых созданы в творческом содружестве… … Энциклопедический словарь

Русский артист балета, балетмейстер. Француз по происхождению. Ученик отца ‒ танцовщика Жана Антуана П. и О. Вестриса. С 1838 выступал во Франции, США, Испании. В 1847 поселился и жил до конца жизни… … Большая советская энциклопедия

См. в статье Петипа … Биографический словарь

- (1818 1910) российский балетмейстер и педагог. По происхождению француз. С 1847 в России. В 1869 1903 главный балетмейстер петербургской балетной труппы. Поставил св. 60 балетов, лучшие из которых созданы в творческом содружестве с русскими… …

Петипа, Мариус Иванович - М. Петипа. Портрет работы Ж. Годешарля. ПЕТИПА Мариус Иванович (1818 1910), артист балета, балетмейстер, педагог. По происхождению француз. С 1847 в России. Выступал до 1869 (Люсьен д"Эрвильи “Пахита” Л. Минкуса и др.). В 1869 1903 главный… … Иллюстрированный энциклопедический словарь

Петипа Мариус Иванович - (1818 1910) русский балетмейстер и педагог, с 1869 по 1903 гг. главный балетмейстер петербургской балетной труппы … Словарь литературных типов

Мариус Петипа Мариус Иванович Петипа (фр. Marius Petipa, 11 марта 1818 1 (14) июля 1910) российский театральный деятель и педагог французского происхождения, артист балета и балетмейстер. Содер … Википедия

Мариус Петипа Мариус Иванович Петипа (фр. Marius Petipa, 11 марта 1818 1 (14) июля 1910) российский театральный деятель и педагог французского происхождения, артист балета и балетмейстер. Содер … Википедия

- (1818—1910), балетмейстер и педагог. По происхождению француз. С 1847 в России. В 1869—1903 главный балетмейстер петербургской балетной труппы. Создал свод правил балетного академизма. Постановки Петипа отличались мастерством композиции … Большой Энциклопедический словарь

Книги

  • , Юлия Яковлева. Главный герой новой книги известной писательницы, критика балета Юлии Яковлевой, - Мариус Иванович Петипа, человек, который создал русский классический балет, каким мы его знаем. Но знаем ли…
  • Создатели и зрители. Русские балеты эпохи шедевров , Яковлева Юлия. Главный герой новой книги известной писательницы, критика балета Юлии Яковлевой, - Мариус Иванович Петипа, человек, который создал русский классический балет, каким мы его знаем. Но знаем ли…